Седой Кавказ. Книга 1

 – Вечно нет покоя, все я делаю, и все равно никто не видит.

– Я сказал, перестаньте, – возвысил голос Арзо и, чуть погодя, примиряя, спросил: – Вода есть у вас?

– Конечно, есть, – встала мать. – Вот Поллу жалко, и почему она не возвращается? Вот так весь день прополку делает, быстрее нас двоих работает.

– А где она? – не выдержал сын.

– Вон, в поле, одна-одинешенька, под самым палевом.

Арзо встал, козырьком руки прикрыл глаза. На горизонте волнилось знойное марево испарений, и далеко-далеко еле виднелся белый бугорок.

– Так это она? Одна? В такую жару на солнцепеке? – удивился он.

– Да, она, – рядом стояла мать, также прикрывая глаза. – Может, ты ей воды отнесешь?

– Так она ведь в своем костюме! – вскрикнула испуганно Деши. – Она сейчас придет или лучше я понесу.

– Не лезь, – злобно фыркнула Кемса на дочь. – Не голая… Помоги Арзо девушке, напои ее. Мы бы пошли, да больно уж жарко. Постарайся привести ее, пусть отдохнет маленько. – И уже вслед уходящему сыну крикнула: – Ты помягче с ней, она как необъезженная кобылица, норовистая, но породистая.

От этих напутственных сравнений Арзо засмеялся, обернулся.

– Нана, этой лошадью ты меня хочешь стреножить!..

– Хорошая жена – опора, плохая – обуза… Дай бог нам такую сноху, как Полла. Иди, мать сыну плохое не посоветует… И помни, помягче, – уже кричала она вслед.

Шагов пятьдесят оставалось Арзо до цели, когда Полла вдруг тяжело выпрямилась, потирая рукой поясницу и, видимо, мечтая о тени и воде, обернулась в сторону лесополосы.

– Арзо, это ты? – вскрикнула она, в удивлении всплеснув руками. – Не подходи. Уходи, пожалуйста.

– Я с проверкой объезжаю поля, – пытаясь быть как можно серьезнее ответил экономист. – А здесь – чтобы дать тебе объективную характеристику.

– Я прошу тебя, не подходи. Я не в том виде, – просила Полла.

– А разве можно быть на колхозном поле «не в том виде»? – улыбнулся Самбиев.

Он подошел ближе. На Полле был странный костюм в виде комбинезона с капюшоном из грубого льняного материала, скрывавшего все тело, кроме кистей, босых ног и глаз. От пота ткань прилипла и четко обрисовывала красивое тело.

– Я тебе воды принес, – протянул он фляжку.

Девушка ловко развязала «паранджу», жадно прилипла к горлышку.