Стена

Мы бы даже танцевать, может, продолжили бы – пусть и не парой, но всё равно! Тебе же это нравилось, я это знаю – так чего стоило просто признаться? Сказать в лицо: «Пшёл вон! Надоел уже, отброс!»

С каждой фразой Саша всё больше выходил из себя – всё, что накипело, наболело за долгие два года, то, что долгое время держал в себе, разом выплеснулось на девушку по ту сторону Стены. Все эти годы держал себя в узде, но когда снова увидел эту рыжую ведьму перед собой, просто не смог сдержать эмоции – жгучая, невыносимая ненависть к Настасье перелилась через край.

Всё больше повышая голос, старшеклассник уже надрывал голосовые связки, продолжая орать на ту, чьё предательство стало для него началом конца.

– Тебе ведь без разницы, что из-за войны у меня больше нет отца. Что моя сестра, чуть что, замыкается в себе и молчит по нескольку дней. Что моя мать надрывается каждый день, просто чтоб с работы не попёрли. Что я сам вряд ли поеду на учёбу туда, куда мечтал, просто потому что не тяну по финансам! Ну как тебе теперь – хорошо, смотрю, живётся в Колонии, предательница!

Настасья тем временем медленно сползала на пол:

– Саша… Пожалуйста…

– У тебя осталось всего полторы минуты – яростно прошипел, глядя на таймер, Саша – И за эти полторы минуты я хочу услышать ответ всего на один-единственный вопрос: зачем ты вообще сюда припёрлась? На кой хрен я тебе спустя два года сдался? Какой колдун дал тебе такую смелость, ведьма? – проорал он последние пару слов так, что чуть не охрип.

На несколько секунд в кабинках по обе стороны Стены наступила гробовая тишина.

Испуганная и шокированная, Настасья окончательно исчезла из поля зрения Саши. В какой-то момент ему показалось, что он слышит тихие всхлипы, но ни на йоту этому не поверил: слишком много он видел и слышал, чтобы теперь снова верить этой грязной лжи. Когда-то отвергнутого, Александра всё ещё разрывало от ненависти и каждый глоток воздуха лишь усиливал эту безумную злость. Сердце колотилось как бешеное, дыхание стало рычащим и непонятно, как парень до сих пор не проломил стекло, чтобы задушить эту мерзавку.

Наконец, где-то спустя пол-минуты гостья из-за Стены снова показалась в окне кабины. На лице Настасьи не было ни слезинки, что окончательно убедило Сашу: она ни капли не раскаивается и не сожалеет. А значит, всё зря – абсолютно все его слова прошли мимо ушей.

– Я… Я просто… – тихо, нерешительно пропищала она.

– Что? Что? – уже не так громко, но всё равно злобно спросил Александр.