Восстание

И всё–таки сложно оставлять прошлое, это все равно, что оставить часть себя, потерять ту часть души, которая теперь навсегда останется здесь. Я даже сейчас чувствовала непонятную пустоту. Я всё так же стояла у дверей, а Варя выходила из комнаты. В руках у нее было что–то. Она подошла ко мне. Я улыбнулась. Это была наша с ней кукла. Мы вместе её делали из травы.

– Я думаю, её нужно взять с собой, – Варя улыбнулась мне грустной улыбкой. – Знаешь, это будет нам напоминать о доме и родителях. Все хорошие воспоминания будут здесь, Таня.

– Да, ты права, – улыбнулась я ей. – Ладно, давай–ка приготовим ужин.

Потом пришли родители. Мы старались говорить о всяких мелочах и не думать о том, что скоро мы должны были расстаться навсегда. Мама так же разговаривала со мной перед сном. Она пыталась улыбаться, но вместо этого её голос дрожал, и она чуть ли не плакала. Что я могла ответить на эти слезы? Я не могла сказать ей, что останусь. Я не могла. Я молчала, выслушивая то, что мне совсем не хотелось слышать.

Этот плач разрывал мне сердце, и я готова была сама разрыдаться. Но не сейчас, не на глазах у мамы. Ей не должно быть больно.

Я не спала. Варя тихо сопела, родители ужа давно спали. Я уже тихо одевалась, ожидая прихода Вовы. Я посмотрела на себя в зеркало, которое было у нас в доме. Я выглядела уставшей. У меня были огромные фиолетовые круги под глазами, кожа была очень бледной. Я тяжело вздохнула и направилась к окну. Оказывается, Вова уже собирался кидать камушек в него. Я улыбнулась ему и вышла из дома.

Было так темно, что мне пришлось искать друга на ощупь. Но вместо этого я упала.

– Т–с–с! – раздался голос над ухом. Потом Вова помог мне встать. Первое время мы стояли и привыкали к темноте. Прошла где–то минута. Теперь я разглядела его. – В теплицу?

– Нет, – ответила я. – Нам нужно посмотреть тот заброшенный дом. А следующей ночью понесем туда запасы.

– Да, хорошо.

Мы шли тихо и бесшумно. Иногда мы перекидывались парочкой фраз, чтобы не потерять друг друга.

Фонариком Вова не пользовался, потому что это было слишком рискованно. Мы почти добрались до места, как кто–то пошёл в нашу сторону. Я боялась того, что это мог быть Дежурный. Мы стояли как вкопанные, не зная, куда можно спрятаться. По очертаниям, которые я видела в темноте, это был мужчина. Это был наверняка Дежурный, я была уверена, что это он на восемьдесят процентов, так как в этом районе парни редко выходили ночью из домов, а Дежурные все время ходили по ночам.