Восстание

 – Осмелюсь спросить, кто вы такая? – Володя ткнул меня локтем в бок. Я и без него знала, что говорю много лишнего. У женщины от злобы раздувались ноздри, как у лошади. Потом она махнула небрежно рукой в сторону одного из Дежурных, и он влепил мне пощечину. Я сильно сжала зубы, чтобы не застонать от боли. Вова взял меня за локоть. Я посмотрела с ненавистью на женщину, которая теперь снова злобно улыбалась.

– Меня зовут Мария, – представилась она. – Я забираю списки у Дежурных перед приездом Праведников, – она достала какую–то папку с бумагами.

 – Странно, что тебя здесь нет. С твоей наглостью и длинным языком ты обязана была сюда попасть. Думаю, в следующем месяце тебе не будет так везти как в этом. А может тебя уже заберут послезавтра? – она засмеялась, ее подхватили Дежурные и охрана. Потом она резко умолкла и дала знак остальным заткнуться. Для нее здесь все были шестерками. Но с другой стороны она была девочкой на побегушках для самого правительства. Все мы здесь были одинаковыми, и враг был у нас общий. Только этого никто не понимал из–за своей гордыни и власти. – Скажи–ка мне, как тебя зовут.

– Оля, – соврала я. Но потом я снова за это поплатилась. Меня снова ударили.

– Врать, Таня, вовсе ни к чему, – говорила женщина, рассматривая какую–то бумагу. – Так–так–так. Семнадцать лет, – задумчиво произнесла она позже. – Тот возраст, когда вы начинаете сопротивляться и оговариваться. Но ты должна понять, что нужно держать свой язык за зубами. И в этом возрасте вы работу ставите ниже, чем какое–то чувство, – она перевела взгляд на Вову, который смотрел на нее с холодным спокойствием.

 – Вы должны работать, работать и еще раз работать. Для чувств в вашей жизни не должно быть места.

– Разве вы знаете, что такое чувства? – с насмешкой произнесла я.

– Я не хочу, чтобы мы стали врагами, Таня, – говорила эта властная женщина. Назвать ее по имени у меня просто не поворачивался язык. – Враги никогда не делают поблажек друг другу.

– Мы все здесь враги, – ответила я. – С рождения мы все тут имеем врагов, но кто–то их знает, а кто–то даже не догадывается о них.

– Неплохо сказано, но боюсь ты совсем не права. Мы стараемся сделать мир совершенным, так что идите и работайте. А за то, что вы оба опоздали на два часа, вы будете работать еще два часа после окончания работ. Удачи, – она отвернулась от меня и разговаривала уже с Дежурными. – Где Макс? – она снова повернулась ко мне и улыбнулась.

Ее улыбка так раздражала меня, что я тут же удрала от нее.