Рывок в неизбежность. Записки младшего лейтенанта милиции. Таёжная повесть

4

Тишина убаюкивала, сон навивала…

Хорошо…

Тайга ночью – это я скажу вам, особое явление, да нет, пожалуй, особая материя, невиданная страна, загадочная, сплошь состоящая из тайн и сказок…

Почти космическая тишина, но, поосмотревшись, замечаешь и полутона. Оказывается и у ночи, бывают полутени.

Если глянуть в небо – звёзды – яркие, крупные и, мне показалось, какие-то… позолоченные. Кажется, протяни руку и вот она звезда… Но, дудки, звезда на небе, ты на своём месте – оптический обман! Но, какой прелестный…

И голос у ночной тайги тоже, особый – вкрадчивый, приглушённый, будто бы тайга и её поселенцы не хотели друг дружке мешать отдыхать…

Здесь мне почему-то вспомнилась армия, океан и его синяя глубина – чем глубже, тем темнее.

Они и в самом деле похожи – океан и тайга… чем-то… Оба огромные и непостижимые!..

Я поправил наш костерок, хрустнул косточками, разминаясь… Потянулся… Достал свой походный транзистор «РОССИЯ», углядел валун, мшистый какой-то камень, набросил поверх него куртку и устроился как Наполеон, озирающий «поле боя».

Моё «поле» было мирно и похрапывало на разные голоса. Я включил приёмник и стал искать свой любимый «МАЯК»… Ага, вот он отыскался!.. Звучала песня А. Пахмутовой «Надежда», которую исполнял, Муслим Магомаев. Повесив приёмник на рядом торчащую ветку, я, пошарив по карманам – закурил. Глянул на часы, подсветив себе сигаретой, шёл второй час ночи…

Всё располагало ко сну, но я имеющий некоторый армейский опыт ночных дежурств, крепился, не поддавался чарам сна!.

.

Однако, как мудро и хитро устроен наш организм, что бы я ни предпринимал, что бы ни затевал, дабы отвлечь себя ото сна, всё сворачивало к мыслям – фантазиям, которые вели, незаметно ко сну.

Желая всё-таки прогнать сонливость, я слез со своего «обжитого» валуна, подкинул в костерок сушняку, осмотрелся.

На «Маяке» передавали – шип. Затерялся бродяга «МАЯК» где-то в паутине волн. Щёлкнув выключателем, уложил приёмник в рюкзак взятый на «прокат» у ребят.

Делая все эти нехитрые манипуляции, почуял на расстоянии примерно десяти, пятнадцати метров от нашей стоянки, как кто-то тяжело дышал и, я явственно это ощущал кожей, и смотрел прямо, как мне казалось, в мои глаза…

Кто это был – сказать не могу, не видно было…

И тут произошло такое, от чего я чуть и в самом деле не лишился рассудка.

Сзади, со спины, кто-то тронул моё плечо!..