Пламя. Очень аполитичная история

Немного перерастает в «рискнуть для разнообразия», а потом и еще дальше…

– Кажется, кто-то начинает по-стариковски ворчать, – пошутила она над его возрастом: – Сколько тебе, две-три тысячи лет?

Он улыбнулся ей:

– Я не против интимных откровений, скажем, в искусстве. Но сейчас люди перешли все границы дозволенного. Секс в фильмах, книгах, комиксах, на страницах журналов, пропаганда ранних связей… Порнография ради порнографии, а стоит ли выставлять интимные отношения на показ только ради того, чтобы их кто-то увидел?

Девушка задумчиво нахмурилась:

– Я думаю, ты неправ.

Да, возможно, сейчас слишком много всего опошленного, но, если бы не было подобных фильмов или книг, многие молодые люди не узнали бы полного разнообразия…

Марк расхохотался над ней. Он видел, что Алине было слегка неловко говорить на эту тему, но хотел узнать, как далеко она может зайти в своих рассуждениях:

– Моя дорогая, – перебил он её: – Отношения между мужчиной и женщиной существуют уже не одно столетие, ты действительно думаешь, что без фильма, который и к реальности-то не имеет особого отношения, двое влюблённых и вожделенных друг другом людей не разберутся, что им делать?

Наскоро выдохнув дым в окно, он затушил сигарету и, подойдя к кровати, присел на край.

Мастер потянул девушку за ноги, так, чтобы она легла головой на подушку, а не сидела. Одеяло, скинутое на бок, свалилось на пол с другой стороны постели, Марк оказался сверху, нежно целуя девушку в губы.

Дождь на улице шумел не переставая.

Он заливал подоконник и часть пола у окна, но Алина не слышала этого. Устало прижавшись к предплечью мужчины, она крепко спала.

Впервые прекрасно осознавая, что это сон, обнаженная, она шла вслед за самой собой по коридору той самой гостиницы, в которой уснула. Очень яркое солнце ослепило её, когда Алина, одетая в пышное синее платье с золотой вышивкой, открыла дверь номера Марка. Он сидел в гостиной в кресле за кофейным столиком, явно собираясь завтракать.

Белая рубашка больно резала глаза.

– Я очень ждал, что однажды ты вернёшься, – обратился он к одетой Алине, лицо которой было холодным и безразличным. Правая рука её выглянула из складок объёмного платья, и в сжатой крепко ладони показался обыкновенный столовый нож.

Мастер только кивнул, с нежностью смотря в лицо девушки. Подойдя ближе, она с размаху ударила его в грудь.

Спящая заметила, что завтрак был накрыт на двоих, и он явно ждал её прихода.