Аврора

Услышав это, Аврора быстренько отошла в сторону, стала кому-то звонить, видно, разговор был нелегкий, потому что когда она вернулась к Цанаеву, обильная испарина выступила у нее на лбу.

– Откуда синяк? – спросил Цанаев.

– Света нет, споткнулась, упала, – Аврора улыбнулась или попыталась улыбнуться, что так всегда не нравилось Цанаеву.

А чуть позже, уже в самолете, он развернул газету – и вновь статья о Таусовых, точнее, о ее брате.

Оказывается, он член НВФ – незаконного вооруженного формирования, уже много лет был в розыске.

На днях спецслужбы после долгих поисков обнаружили бандита; последнего из братьев уничтожили после того, как Таусов оказал яростное сопротивление.

Конечно, в этом очерке сплошная ложь. Но суть-то вот в чем: скорее всего, сама Аврора прямо или косвенно связана с боевиками, и, наверное, деньги для них просит. Так и Цанаев может попасть в пособники НВФ. Такая перспектива его никак не прельщала, он даже мучился в сомнениях: в конечном счете, и деньги для него немалые, хоть и слово дал… И чтобы хоть как-то перехитрить ситуацию, он намеренно вылетел в Грозный на день раньше – и что от коллег слышит? Мол, Аврора со спецслужбами повязана, с ними общается, кто-то видел.

– Как повязана? Ведь ее брата спецслужбы и убрали.

– Так они сами вербуют, сами держат на крючке, сами помогают или не помогают – как им не надо или надо, сами же парней ликвидируют. И служба есть, и погоны есть, и боевые с полевыми и с наградами…

Об этой ситуации все знали или догадывались: все не так просто в этой войне.

И, наверное, поэтому Цанаев, впрочем, как и вся интеллигенция, пытался держаться вне подобных событий, соблюдая как бы нейтралитет: он ученый и занимается только наукой. А тут его ученый секретарь, действительно оправдывающая свое имя Аврора, почти революцию не только в институте, но и в его душе учинила.

«Надо от нее избавиться, – твердо решил Цанаев. – Вот отдам три тысячи долларов, словно откупаюсь, и пусть увольняется.

Ни мне, ни институту эти проблемы не нужны».

Настроившись, он так бы это ей и сказал. Но Аврора опередила его. Как всегда, она с зарею была около института. И на свежем снегу Цанаев увидел ее следы: только она ходит в туфлях на шпильке. Конечно, это бедность – сапоги, видимо, купить не может. И пока директор об этом думал, она выскочила из-за тополя, испугав его, и сразу вопрос:

– Вы деньги привезли? Я долг верну.