Меня охраняют призраки. Часть 1

И я не уйду по ещё одной простой причине.

– По какой же? – удивлённо спросила девочка.

– Пока Бертрам здесь, я должна присматривать и за ним, – тихо сказала Джинни, переводя взгляд с подруги на напольные часы. – Пора спать, – торопливо проговорила она. – Ведь завтра ты должна успеть прийти к началу занятий.

– Но родители…

– Алекс и Лилия должны заняться более важными делами, – неожиданно сухо бросила Джинни. – Они помогают и другим людям.

– Значит, они не любят меня, – обречённо прошептала Мелисса, закутываясь в одеяло.

Прозрачное лицо Джинни исказилось знакомой уже нам гримасой разочарования:

– Я же говорила тебе, глупенькая, что это вовсе не так. То, что у твоего окружения есть неотложные дела, которые побуждают их иногда оставлять тебя одну, не значит, что они не любят тебя. Поверь: они любят, иначе они не пришли бы. Если бы они не любили тебя, ты не жила бы на этом свете.

И в этих словах Джинни ей послышался надоевший уже тихий укор. Но сердце подсказывало ей, что она говорила глупости.

Поэтому ей стоило молчать и не жаловаться: ведь Джинни не поняла бы… Она действительно слишком взрослая и слишком нудная порой – для своих лет. Мелиссе не верилось, что и она когда-то станет такой же сухой и правильной.

Но, как Джинни ни была бы переполнена взрослой мудростью, она была лучшей, единственной подругой Мелиссы. Оставить её светлый образ лишь в воспоминаниях было бы для Мелиссы равнозначно потере кусочка собственной души.

– Спокойной ночи, – шепнула она исчезающему призраку.

– Приятных снов, – прошелестел тихий голосок Джинни.

Крошечные блестящие звёздочки дождём посыпались на плотный ковёр у подоконника. Они были единственными свидетелями обыкновенного чуда, произошедшего с нею этой ночью. Выпрыгнув из кровати, Мелисса успела подхватить серебристые искорки в полёте. Мигнув ей тоненькими лучиками, они будто вздохнули и… растаяли. А ведь они единственные могли подтвердить любому, даже самому отъявленному скептику на свете, что этот разговор не был миражом.

– Спокойной ночи, родители, – шепнула Мелисса, снова забираясь в постель.

Желать того же дяде, пусть и мысленно, не было никакого желания. Хоть её пытались убедить в том, что он – хороший человек, верить в это у неё не было никакого желания. Мелисса зло стиснула зубами подушку. Неожиданно на неё накатило тихое умиротворение. Подняв её на своих тёплых спокойных волнах, оно закрыло ей глаза и, как нежный пух, обвилось сонным кольцом вокруг головы.