Меня охраняют призраки. Часть 1

– О, – серые глаза Барбары слегка расширились, но в следующее мгновение уже приняли свой обычный размер, – так, значит, мы теперь одноклассницы? Иди лучше сюда, ко мне. Общаться с отбросами, – она уронила пренебрежительный взгляд на Габриэль, – это не лучший выбор.

– Не ходи, – зашипела Хаэн, хватая колеблющуюся Джоанну за рукав, – она только притворяется добренькой; на самом деле она хуже королевской кобры!

– Спасибо на том, что признала: я и среди змей буду королевой, – отбрила её Барбара, по всей видимости, обладавшая тонким слухом.

– Конечно! – фыркнула Габриэль, закатывая глаза в точности как и Барбара. – У змей как раз есть все основания считать тебя своей родственницей.

– Помолчи лучше, – фыркнула Барбара сквозь зубы. – Кто бы говорил: дочка лузера-голодранца, который считает себя предпринимателем! Пфа!

Габри начало трясти, Джоанна была уверена, что она сейчас не стерпит и кинется на Барбару. Но от продолжения ссоры, и, возможно, даже начатия драки девочек удержало появление из-за угла некоего парня, по виду которого Джоанна сразу поняла, что он и есть легендарный Джордан Мэллой.

Такой же высокий, тощий и белобрысый, как и его сестра, он с проворством угря подошёл к троице и сощурился. Рядом с Джорданом Джоанна чувствовала себя так, как, должно быть, чувствовал бы пигмей, стоящий рядом с великаном. Её макушка не доставала надменному Джордану даже до плеча, и это было для неё крайне неловко и унизительно. Пару мгновений старший Мэллой рассматривал Джоанну с изучающим прищуром, как какое-то редкое насекомое. Наконец, он поднял голову ещё выше, как то входило в мэллоевские привычки, улыбнулся зловеще и изрёк шипящим противным голосом, похожим на змеиный шелест:

– Надо же, кто к нам пожаловал. Да это же сама Джоанна Эстелл, наша знаменитая бастардесса!

Девочка почувствовала, как краска бросается ей в лицо и начинает быстро стучать в ушах.

– Вот так новость, – поддакнула Барбара, разинув рот от изумления так, что Джоанне стала видна её жвачка. – Что за важные гости! Отброс, как и Габриэль Хаэн, – с мстительной улыбочкой присовокупила она, стрельнув в сторону Габри недобрым взглядом, – неудивительно, что вы так быстро спелись.

У нашей оборванки же чутье на таких, как она!

И Мэллои, довольные своей шуточкой, раскатисто расхохотались.

«Да, – печально заключила Джоанна, стремительно убегая прочь, – в этой школе мне тоже придётся несладко».

* * *

Математика была одним из самых нелюбимых предметов Джоанны.