Охота на избранных

Считается, что это само собой разумеющаяся вещь, а оно не так.

– Почему же не так? Ценность жизни заложена в нас природой, инстинкт самосохранения, в случае чего, скажет свое слово.

– Да не скажет, Алексей Фомич, не скажет он ничего. Ценностью считается профессия, успех, процветание, деньги, статус, престиж и прочая мишура, но только не главное, не сама жизнь, ее великое бесценное течение. Поиск смысла жизни вроде бы и не нужен в условиях рынка. Но это только «вроде бы», а на самом деле он является практичнейшей вещью, это становится понятным лишь тогда, когда человек теряет здоровье.

Но беда в том, что и тогда люди не понимают главного. Вместо того, чтобы искать смысл жизни, они ищут в себе силу воли или же помощь со стороны, таблетки или психоаналитика. Это так же бессмысленно, как винить реку за то, что человек в ней утонул.

– Что-то в этом есть, Сергей Владимирович, но неужели сила воли совсем не нужна? Вот я держу сигарету. Как от нее отказаться без усилия, без того, чтобы не подавлять в себе желание закурить?

– Я вам предложу систему, по которой я бросал курить.

Меня совершенно не тянет к сигарете уже семь лет, а курил около двадцати лет. Но основа этой системы – то, о чем мы говорим: осознание ценности собственной жизни.

– Откуда вы все это знаете? То есть, так глубоко понимаете?

– Думал над этим. Я тоже несколько раз безуспешно бросал курить, пока не обрел смысл жизни.

Потылицын нахмурился, как бы своим видом подводя итог разговору.

«Скорее всего, он ничего про Слепцова и его злополучный портфель не знает.

Хотя, стопроцентно пока не ясно», – подумал Грохов. И, направляя разговор ближе к желаемой теме, добавил:

– Жизнь сегодня оценивают в деньгах. За редким исключением, – при этом открытой ладонью указал на своего почтенного собеседника.

– А вот, навскидку, Сергей Владимирович, скажите, в чем может быть ценность моей жизни?

– Скажу, – без колебаний ответил помощник-консультант. – Вы напишете книгу, а это уже работа для вечности. О чем – мы подумаем, тему найдем.

Вы напишете великую книгу, я вам помогу.

– О! – восторженно воскликнул бывший ученый. – Это приемлемо. Я сам об этом подумывал… А все-таки, о чем книга?

– О времени и о себе.

– О, это время такое…

– Какое? Бандитское?

– Да, – грустно кивнул Потылицын. – Именно бандитское. Я сегодня ночью еще раз в этом убедился.

– Как? – удивленно поднял брови преданный помощник-косультант? – Что случилось ночью?

– Да нет… Со мной ничего.