Человек, который продал мир. Повесть

Вас такие условия устраивают?

Иван хотел ответить, что такие условия его не просто устраивают, они превосходят все ожидания, но не смог произнести ни звука, дыхание перехватило. Он сидел и кивал вверх-вниз, как фарфоровая кукла.

Герр Функ резко поднялся, намекая на то, что аудиенция завершена, протянул руку.

– Мы известим вас о своём решении, каким бы оно ни было, в самое ближайшее время.

Бауэр ехал домой и подсчитывал свои потери. Два дня за свой счёт – девяносто шесть марок, сто литров бензина – сто двадцать восемь марок, обед и ужин в придорожных кафешках – ещё сорок шесть.

Итого – двести семьдесят марок в чистом убытке. В удачу верилось с трудом; ну зачем этим холёным, он вспомнил элегантный костюмчик скаута, капиталистам, старый советский колхозник, пусть и с железнодорожным образованием, ведь он никогда по специальности и не работал. Но четыре тысячи в месяц…

– Боже, будь милостив, пошли мне это место, – Иван молитвенно сложил руки, потом рассмеялся – Всё, надо успокоиться и относиться к нему, как к выигрышу в лотерею: возможно, но маловероятно.

Телефон в доме у Бауэров звонил редко, Толик раз в месяц соизволял справиться о здоровье родителей, но теперь, то Иван, то Лида как бы невзначай оказывались в прихожей и с надеждой смотрели на аппарат, в надежде, что именно сейчас раздастся заветный звонок. Так прошло более двух недель, но в один из вечеров он всё – таки зазвонил.

Иван дрожащей рукой поднял трубку.

– Бауэр слушает.

– Добрый вечер. Вас приветствует компания Либра, – сообщил бодрый женский голос – администрация рассмотрела представленные резюме и проведённые собеседования, и остановилась на Вашей кандидатуре. Вы должны прибыть на работу в следующий понедельник к восьми утра. Поздравляю и желаю плодотворной работы в нашей компании. До свидания.

Собеседница давно отключилась, а Иван стоял и тупо слушал длинные гудки.

– Ну, что? – вывела его из оцепенения обеспокоенная жена.

– Меня взяли, – неуверенно ответил он, а потом заорал – меня взяли, ну, теперь заживём!

Лида вырвала у него из руки трубку, положила на место, и бросилась мужу на шею.

– Заживём, Ванечка, конечно, заживём!

На празднования времени не было. На расставание со старой жизнью и организацию новой оставалось всего четыре дня, причём два из них – выходные.