Собрание сочленений. Сборник

ПРИЛЬНЁТ

лето прильнёт к коленям твоим

верным и преданным псом,

пыльною шерстью объятья,

солнечных бликов лобзанья,

станешь бессмертна ты с ним

в моей памяти юности!

я ничтожен, наивен и глуп –

люби же меня, убей, уничтожь!

но я не позволю моему мозгу

ассоциировать тебя с тем,

что мне дорого, иначе –

сомкнутся зубьями капкана края

неровные швов черепа –

и пойду за тобой прочь от себя –

и окажусь не у дел,

как не у корыта с едой, -

а что мне до них –

и умру от голода,

как от скуки усну!

16

этот дом, как кардиограф,

я спускаюсь по остро-угловатым

изгибам и изломам ступеней-кардиограмм

его лестниц непосредственно

от высшей к низшей точке –

началу прямой линии, говорящей

о том, что этот мир уже не наш,

и он мёртв! мы суетно ползаем

по нему в своей оправданной

ленивой инерционной привычности,

как жирные черви по трупу,

как крысы по свалке во мрака

помоев и отходов прошлой светлой

жизни в поисках новой!

я один из этих крыс,

и не скрываю этого!

мне так нравятся эти

переполненные

разрушенные пустоты!

я убегаю к мерзости втайне –

ибо я её ни разу не видел –

от пряных, ароматных, сочных

и сладких материнских утроб,

что как соты в ульях, жужжат,

вибрируя от дыхания миллиардов

эмбрионов, уже готовых

вырваться кровавыми всплесками

из будок животов

на свободу, равную длине

поводка пуповины!

стерильность развращает,

и нет ничего

естественней извращённости,

всегда происходящей

от любопытства

чистого и невинного,

как новорождённое дитя,

зачатое в грязи бытия!

ЭДЕМ

так вот, июль.

у меня за душой ни гроша,

но зато я молод и свеж –

это главное и достаточное моё богатство

на данный момент.

она вся передо мной, как на ладони,

точнее – в моей ладони, в обеих моих ладонях.

17

на её белых худых ножках, -

белых от невозможного жара

раннего осознания собственной сексуальности,

а отсюда – похоти, пошлости, распутности, -

так вот на этих её ножках – чёрные тонкие

вязанные чулочки, на пару сантиметров

не дотянутые до коленок.

на ней самой – лёгкое едва ли не прозрачное

платье цветочного цвета, а под ним – она сама,

без единого намека на нижнее белье,

как есть с самого дня рождения.

чистый Эдем, а врата в него –

между её ног, как между створок.