Собрание сочленений. Сборник

и ты б ушла со мной,

в фавеле вечный бой

за жизнь забыв, ногой

сойдя со здешних троп;

а впрочем, я как знал, -

напрасно целовал

тебя и обнимал,

ведь карнавал грядёт -

он снова прогремит,

огонь твоих ланит

собою озарит

его, как фонарем;

и снова, в танце я -

печаль свою цедя -

увидевши тебя,

забуду обо всем;

как я б тебя любил,

и был не только мил

тебе, – но целый мир

на веки заменил,

когда бы мы не мы,

и города огни

не те, и город сам -

неведом небесам.

ПЕСЕН ХОРОШИХ

сколько же песен хороших

загубили, чтоб каждый дебил

знал, своей грустью поросший,

что нет, дескать, он не один,

2

что где-то таких же дебилов

сотни сидят и хандрят,

поют эти песни уныло,

аккорд перепутав и лад.

и их утешать бесполезно,

ведь им эта грусть и хандра

так же бесспорно полезна,

как нам – время праздного дня.

ДОРОГА

руля распятие

в кольце рукояти;

беги от всего, беги, -

сломя, хватая, ловя, -

скорость теперь твоя вера:

молись на каждый километр,

на каждый дорожный знак,

как на икону,

от фонаря до фонаря -

считай один световой год

в космосе ночи;

рви жилы

вопреки ремням,

разбивай череп

вопреки подушке безопасности,

сердце размозжи

об лобовое стекло,

и не включай дворники;

днём все слепит и путает,

много отражений, бликов

и прочего ненастоящего;

ночью, благодаря фонарям,

видно все то, что нужно, -

ни больше, ни меньше.

ШВАРТОВЫЕ

мне колени твои,

как кораблю –

швартовые;

я часто за них держусь,

чтобы вновь не унесло

в шторм суеты

всесильного бытия.

3

мне губы твои,

как кочевнику –

оазис в пустыне;

я часто целую их,

чтобы в мире химер

иметь хоть одно

ощущение основы.

мне тело твоё,

как в религии –

мекка, нирвана,

хлеб и вино;

ты не бог, но ты то,

что он даёт:

в конце концов,

мы всегда хотим

именно этого.