Бесконечная игра. Еще один шанс

Руслану было стыдно за этот цирк с синяками, а Ричарду нисколечко.

Ричард, специально расположившись на заднем сиденье так, чтоб попадать в поле зрения Руслана через зеркало заднего вида начал целовать в ухо свою темнокожую красавицу.

– Папа, если тебе не приятно, высади нас пожалуйста на перекрестке, я снял квартиру в центре. Не хочу тебя смущать. Я знаю, что ты это все не любишь. Наверно, я в маму. Она ведь была более… раскрепощенной…, ладно оставлю эту тему. Эти придурки вряд ли меня догонят, а если догонят, отправлю парочку покататься на безмоторном катере по Стиксу, все равно в полиции не поверят, что это я их.

На них на всех наркота и кражи. Моя репутация по сравнению с их – мечта. У меня хорошие оценки по алгебре. Папа, ты разве не рад?

Возникали навязчивые мысли о целесообразности применения к подростку телесных наказаний, потому что слова на Ричарда не действовали.

Через несколько дней появилась еще одна девушка, очень любимая, очень приличная, такая, которой нельзя было знать о предыдущей, с которой Ричард теперь намеревался встречаться тайно.

Потом начались у девушек по очереди истерики, а у Ричарда наркотики.

Ричард безбожно портил свое здоровье и отношения с окружающими, и пояснял, что его никто не любит, и всем на него наплевать, продолжал хамить всем по очереди, особенно доставалось тем, кому Ричард был не безразличен.

Несколько лет он был настоящим домашним и не только домашним кошмаром, никакими педагогическими и непедагогическими методами справиться Руслан с ним не мог.

Тибетский доктор, буддист, рассказывал Руслану, что неприятности, которые случаются – это проявления кармических последствий; и надо им радоваться, потому что это возможность отработать негативную карму и снять вину за вред, который люди причинили в прошлых жизнях другим существам; что дети – это часто те, кому люди должны, поэтому существует прочная кармическая связь, и т. д.

Думая об интенсивности, с какой Ричард старался доставить ему неприятности было страшно представить, чем же Руслан заработал такую немилость.

Сейчас в его сердце была любовь к людям и детям, был большой запас спокойствия и доброжелательности, и он не мог предположить, как бы он был злым или жестоким. Он вслух говорил Ричарду о любви; про себя просил прощения за то, что делал неправильно. Недавно или когда-то давно. Но Ричард не унимался.

А после того, как Али и Ричарда не стало, Руслан жил, пожалуй, только для Даниэлы и Мишки.

9.