В городе Кагановиче. Разные истории

Фантастически пушистые снегурочьи свадебные платья всех фасонов и форм с рюшками, кренделями и всем тем, что не понятно мужчинам, но чему позавидовал бы страус эму. На каждой невесте фата – мечта рембрантовской Флоры, белые перчатки до локтей, шлейфы, декольте – ух!

Выйдя из машин, народ сразу стал наливать, а наливши – выпивать. А выпивши – кричать «ГОРЬКО», да так, что в глубине леса белки попадали вместе с шишками. Целовались молодые взаправду, от души, не стесняясь, под молодецкий, слегка приблатнённый хор «Раз!», «Два!!», «Три!!!», «Четыре!!!!», «Пять!!!!!»… «Тридцать девять!!!!!!!!!!»… Когда же некоторые пары решили кое-что оставить на первую брачную ночь, началось движенье к источнику.

А надо сказать, что жизнь у источника всё это время шла своим чередом. Очередь, несмотря на то, что весь этот радостный фейерверк проходил вплотную к ней, не обращала на свадьбы никакого внимания, да и свадьбы обходили её словно бревно, лишь изредка сгоняя уставших стояльцев с ближайших скамеек для производства памятных фотографий на фоне леса.

Молодцы сбегали к природному кранику по-быстрому набрать святой водицы – кто в пластиковый стакан, кто в бутылку, а кто и так, лицо помыть. Невесты же с женихами мимо источника через ручеёк отправлялись погулять в лесок, так, недалеко. Однако, чтоб спуститься к воде надо было пройти по грязному. Потому шли парами, аккуратно, под ручку, и можно было разглядеть, как, всё-таки, молодые подходят друг к другу. Воистину, Бог не пару не сведёт! Полненькие к тоненьким, бледнолицые к румяным, скромные к властным, тупенькие к умненьким.

Да и подруги с друзьями под стать. Друзья подбадривали жениха, а подружки всячески доказывали невестам свою преданность, задирая им сзади платья, чтоб не испачкались. Правда, тут иногда возникал казус: некоторые невесты, стремясь быть стройнее, не одевали под свадебное платье ничего совсем, и когда услужливые подруги из самых добрых чувств это платье приподнимали…

С приездом свадеб в воздух, ранее полный лишь звуками утренней лесной природы добавился густой шумный мат.

Нет, сами невесты не матерились, да и женихи временно держались в рамках. Усердствовали их друзья, выражая, таким образом, радость от переизбытка добрых чувств. Матерный саунд этот абсолютно никого не смущал, никто не осекал удалых парней, всё было в рамках устоявшихся правил. Я смотрел – при публичном упоминании всех способов полового сношения ни один нерв не дёргался на хороших лицах молодых, прошедших обряд брачевания.