Ночное солнце. Стихи

На арифметике, не слыша, воображала мохнатого Вия,

И «Как закалялась сталь» не читала ни при какой погоде…

Мои детские страхи! О, не выделяться, быть, как другие, —

Тайное желание и тайное горе: не выходит!

Я – белая ворона, я – белая ворона, отзовитесь, где вы,

Например, беркуты? Как долго мы не знали секретного шифра!

Эта общность большая, чем разность между правыми и левыми,

Консерваторами и либералами, часть кода, заветная цифра,

Счастливая мета! По ней узнаём и каменщика, и камня породу.

Друг мой, ты не ждал от меня ни маринада, ни варенья —

Чего нет – того не было сроду —

И не дашь в обиду мое белое оперенье!

«Почему цифры запоминаются легко по сравнению со словами?..»

Почему цифры запоминаются легко по сравнению со словами?

Слово – Психея, летает, дышит, меняется, оставляет след,

То призраком проскользнет, то вихрем взмоет, цунами,

Вот оно, вот оно! То вдруг его нет.

Цифра требует к своей плоской персоне особого внимания,

Ее вытаскивает из чащи событий хоботок

Цепкого, заинтересованного, спортивно воспитанного сознания,

Только так от нее может быть прок.

И когда я силюсь вспомнить смысл сообщения или доклада,

Вижу голубые глаза докладчика и «горячую лобную кость»,

Знаю, мысль не положишь в карман и не вынешь, ей надо

Захотеть посетить тебя, сказано: мысль как гость.

Вижу, вижу, как ты стоишь у окна вагона – на юг дорога,

Держась за поручни, не успевая переводить взгляд,

Белая рубашка, ее треплет ночной ветер из Таганрога,

Что-то сказал, что – не помню, ты весел, нет, рад.

Жизнь – ты сон, когда не знаешь, что спишь, сновидение,

Цветные картинки яркие, но слегка запотел объектив,

Всё перепуталось, связано, сцеплено, как в стихотворении,

Не всегда даже знаю, кто умер, кто жив.

«Что же так чужая смерть нас пугает…»

Что же так чужая смерть нас пугает,

Посторонняя? Ведь все умрем, последнего позора

Не избежать и здоровенному покуда бугаю,

Всех обнимет, запрячет, никто не останется без призора.

Я звоню в парикмахерскую, чтобы

Узнать, в какую смену работает Попова Галя:

Во вторник утром, а в среду вечером? Попробуй

Тогда успеть! А если наоборот, то тоже едва ли.

Набираю номер – бодрый голос вещает об урожае.

Ура, дозвонилась! Мне говорят: нет ее. Молчанье.

А когда… И ненужный вопрос опережая:

Умерла она, первого похоронили… Да, внезапно, случайно.