Поверь в свою счастливую звезду

Захожу в кабинку, прохожу долгое и придирчивое интервью и получаю визу! Ура!

Влад наоборот расстроился и еле сдерживает слезы. Уговариваю, успокаиваю его, и при этом чуть сама не плачу. Все, в кармане у меня билет на рейс «Москва-Торонто», день вылета уже известен. Мы едем домой, чтобы уволиться с работы, освободить съемную квартиру, перевезти вещи на хранение к знакомым и уладить последние формальности.

Прокат свадебных платьев я на время передала для работы одной знакомой. Владик на время моего отсутствия будет жить у отца.

Этому предшествовала долгая борьба: сначала я хотела отвезти ребенка к маме в Ташкент, но понимала, что это не лучший выход. Маму вызвать к нам было невозможно из-за отсутствия жилья и пенсии. К тому же, мальчик не захотел менять школу и привычное окружение, и я, учитывая его пожелание, сама позвонила бывшему мужу с просьбой забрать его. Этот разговор с ним был мне крайне неприятен, но я пересилила себя. Лучшего варианта для ребенка просто не было.

Глава 3.

За длинным долларом в Канаду.

И вот опять Москва. Накануне вылета получаю инструктаж в доме наших московских друзей. Альбина Павловна и Сережа репетируют со мной встречу с канадским чиновником паспортного контроля, от которого зависит, на какой срок я получу визу. Хочется, чтобы на максимально возможный – 6 месяцев.

Альбина Павловна придирчиво осматривает мой наряд. Похоже, что результат осмотра ее удовлетворил, потому что критических замечаний не последовало. Зато, осмотрев мой багаж, она чуть не упала в обморок:

– 

Наташа, девочка моя, с такой сумкой ты подойдешь к чиновнику? Это же не сумка, а мечта оккупанта, она уместна только в колхозе «Стальное вымя», а никак не в международном аэропорту Торонто.

На вопрос, где мне взять другую, она резво перетряхивает содержимое своего шкафа и торжественно вручает мне сумку:

– 

Вот! Это Сережа мне привез из Дании. Все цивильно, и на колесиках. Нести не тяжело.

Я благодарю и начинаю перекладывать свои вещи в другую сумку.

Потом за дело принимается Сережа. Он репетирует со мной, что я скажу чиновнику паспортного контроля по-английски о цели моей поездки. Эта часть программы получается у меня не очень удачно, потому что моим знаниям английского более 20 лет, и они очень надежно спрятались в глубинах памяти, и очень неохотно эти глубины покидают. Сергей бьется со мной и так, и этак, но пока я запомню первую часть предложения, то уже забуду вторую.