Пора влюбленности

 – Никому же не приходит в голову обсуждать твой низкий зад.

– Никому, кроме тебя, – в голосе Макса послышалась затаенная обида.

– Да ладно тебе…. Значит, ты не был в моем районе во вторник в восемь часов вечера?

– Не был, – было слышно, что Макс зевает. – Чего я там забыл?

Сказать или не сказать? Я посмотрела на розы и решила, что попытаться стоит.

– Ну…. Например, чтобы подарить мне букет из пятнадцати роз… – мой голос предательски дрогнул.

Макс ответил не сразу.

– Ты за кого меня принимаешь? – похоже, что на этот раз Макс окончательно проснулся.

 – С какой стати мне дарить тебе пятнадцать роз после того, как ты столь нелестно отозвалась о моей пятой точке?

– Да к лешему твои точки! – взбунтовалась я. – Скажи прямо: это ты принес мне розы или нет?

– Нет! – гаркнул Макс.

– Тогда говорить больше не о чем, – и я со всего размаху бухнула трубку.

Тоже мне, мистер задница! Я ему о розах, а он мне о всякой ерунде.

Следующий в списке стоял Станислав. О, это был особый мужчина.

«Шедевр», как любовно назвали его многочисленные поклонницы. Правда, на мой взгляд, у этого «шедевра» было два недостатка. Он был «ударником» не только по профессии, но и в личной жизни, и выполнял план по соблазнению дурочек всех мастей стахановскими темпами. Его внешний лоск и умелый подход к женщинам делали свое черное дело. Женщины так и кишели около него, словно развороченный улей.

Кроме всего прочего, Станислав прекрасно пел. Ну что еще надо для слабых девичьих мозгов?

Я знала, что подступиться к этому «божеству» практически невозможно.

Ревностные жрицы разорвали бы меня на мелкие клочки, стоило только появиться на горизонте этого светила, поэтому я решила для себя сразу: цветы мне Станислав не дарил. На этом и успокоилась.

Уже потом, спустя несколько лет, Гоша признался, что это он принес мне тот злосчастный букет, но постеснялся признаться в своем поступке. Мы вместе повздыхали, сидя на подоконнике в подъезде, и я поняла еще одну важную истину: иногда то, о чем ты мечтаешь, оказывается настолько близко, что ты этого попросту не замечаешь, и в погоне за бесплотной фантазией теряешь самое главное – людей, которые по-настоящему тебя любят.

С тех пор как Гоша женился, мы стали видеться реже, но общались с тем же теплом, как и раньше. Поэтому, как только Мила завела роман с Мишей, я позвонила Гоше, и мы встретились с ним в кафе на Пушкинской.

– Снова проблемы? – Гоша выглядел несколько уставшим.

– Нет.