Герой второго плана

Я понимал, что это фантастика… Он использовал мою руку как Multi-touch. Для него её поверхность была лишь послушным сенсором, с которым можно делать что угодно.

– Вот мы и подошли к главному. Запомни, друг мой – Стив поучительно поднял палец – Где бы ты ни был, и что бы не творилось в твоей жизни, знай, что может ей управлять. Не так уж много: вера в чудеса, настойчивость и постоянный прогресс.

Потрясенный, я вышел из дома и сел в машину. Навигатор советовал поехать побыстрее, чтоб не опоздать, и педаль газа заурчала под моей ногой.

А при выезде из двора появилась ещё одна машина… в которой водитель озабоченно оглядывал свой навигатор.

Это мой табор!

– Костер, сложите костер, родненькие! – доносилось с берега прохладного Дуная.

Несколько кибиток встали полукругом, а чернильную ночь закоптили масляные светильники.

В ответ на просьбу девушки несколько дюжих парней скрылись в лесу, откуда спустя какие-то мгновения послышался оглушительный треск.

– Давайте, ну же! А то не спляшу для вас сегодня!

Не успела она сойти на землю, а пламя уже жадно лизало кучку дров.

На рогатины рядышком опустился царь-котёл, из которого скоро будут черпать суп из баранины.

Девушка же согревала озябшие руки – Дунай в это время года и правда был холодным, и когда дорога пролегала вдоль его берегов, люди приучились брать с собой вязанку хвороста и крепкую настойку на рябине, но добрый костер всё же был во главе любого сборища.

Играя бликами на случайных лицах, он лихо подсвечивал причудливую жизнь табора: вот Лизи протягивает руки всё ближе, а это Пеша и Бесник распрягают лошадей, худощавый Больдо готовит всеми любимое блюдо: тушеного на углях ежа, этим лакомством будет угощаться весь табор под ночные песни…

Но больше всего костер любил сверкать на гитарных струнах…

Бей моя кибитка щебень придорожный

Просеки и реки нам всего дороже,

И под этим небом есть завет простой

Мчись куда угодно, только не домой!

Под луною сырной, солнцем золотым

Мчись моя кибитка между борозды…

И на последний аккорд видавшей виды гитары костер высек целый сноп искр.

На Румынских землях, Венгерских полях вокруг него всегда крутились хороводы веселых цыган, но особенно он любил наблюдать за красавицей Лизи. За её смуглым стройным телом, дикими сверкающими глазами. О, сколько смельчаков пытались взять её в жены – не счесть, однако никому этого не удавалось.