Счастья не бывает много. Сборник

Чего он только не повидал на своём многовечии…

Нет, всё-таки кое-что произошло. Старшая жена не вышла. Еду вынесли вторая и третья жёны. Затем девочка, изгибаясь, принесла полный таз с горячей водой – умыться.

– Сколько тебе лет? – впервые почувствовав себя свободным, спросил Константин.

– Двенадцать, чужестранец, – прощебетала девочка. В отсутствие Ниязи она позволила себе задержаться и бесстыдно разглядывать чужака.

– Так ты дочка Ниязи? – с какой-то надеждой спросил Константин.

Из мазанки её окликнули, заметив не простительную своевольность.

– Нет. Четвёртая жена, – звонко прокричала девочка, убегая.

В мазанке послышались бубнящие голоса упрёков и звонкий голос девочки, огрызающийся старшим жёнам.

С полотенцем в руках вышла вторая жена. Она тоже позволила себе вольность, остановившись ближе обычного. Константин заметил это и улыбнулся, прямо глядя на женщину. Женщина стояла, потупив глаза долу, ожидая, когда мужчина умоется. Забирая таз, тихо сказала:

– Она ещё ребёнок.

– Для чего ребёнок? – усмехнулся Константин.

Есть не хотелось. Константин поковырялся в еде, выпил чаю и откинулся на расшитые подушки. Бурно жестикулируя и что-то крича, тут же выбежала старшая жена. Она не отходила далеко от мазанки. Следом выскочили остальные жёны посмотреть, что произошло. Константин, подняв голову, смотрел за неожиданным выбросом эмоций женщины. Ему передалось возбуждённое состояние старшей жены, и он дико рассмеялся. К нему подошла вторая жена и тихо пояснила:

– Тебе не надо ложиться на подушки Ниязи.

Константин, едва сдерживая истерический смех, подвинулся. Старшая жена, что-то громко недовольно выговаривая, скрылась.

– Ты такая красивая, – бросил Константин вслед удаляющейся второй жене. Только по дрогнувшей походке он понял, – она услышала, и улыбнулся. – Мне бы подстричься, – вспомнил про вшей Константин, но женщина не ответила. Снова всё зачесалось.

Спустя некоторое время она вышла с табуреткой и чёрной пол-литровой кружкой.

Женщина остановилась, глядя в землю, словно о чём-то задумавшись, но стоило Константину приподняться на локтях, наблюдая за происходящим, склонила голову набок, приглашая работника следовать за собою. Константин едва сдержал новый приступ смеха. После предыдущего неожиданного взрыва эмоций он ещё находился на грани приподнятого настроения. Он вскочил с дастархана и самой любезностью последовал за женщиной. У Константина созрело сильное желание разговорить молчунью.