Млечный путь. Вопреки

Сделку признали незаконной, таковой она и была, но ставший в одночасье бывшим, директор судиться не стал, а выдвинул условие, что завод будет возглавлять он. И много лет всё на заводе шло гладко. Обычно никакие ревизии серьезных нарушений не находили. И, если бы не то, что пронюхал вчера Роман, а по-другому это и не назовёшь, ведь недостача выявлена незначительная, больше неразберихи в бухгалтерской отчетности, из-за безалаберности главного бухгалтера, кстати, дальнего родственника директора. Значит, Роман попал в десятку, и наши предположения это реальность, а не догадка.

Вчера об этом знали мы двое, потом присоединился третий, и с какой бешеной скоростью развились события. Конечно, нас надо срочно устранить, свидетели, да еще такие, как мы, не нужны. Так кто из них подставил меня под удар? Роман? Или Хайкин?

От всего произошедшего сильно разболелась голова, боль пульсировала в висках и притупляла ее размышления, которые вначале были отрывочно лихорадочные, а теперь наоборот, думать ни о чем не хотелось.

Дорога, то серой лентой плавно поднималась вверх, то падала вниз, ехали утомительно долго. Не останавливались. Дорога вела её в неизвестность, и она боялась предположить, чем всё это закончится. Никто не предложил ей ни воды, ни остановки в пути. Сейчас мысль её сосредоточилась на Кирюшке. Как обезопасить его, ведь он, не приведи господи, если попадёт им в руки, может стать орудием давления на неё. В душе теплилась надежда, что ей удастся позвонить маме и предупредить, если не будет поздно, и только бы не зазвонил телефон, и не выдал бы её с головой. Бесчисленное число раз читала молитву «Отче наш». Потом мысленно стала искать прибежище для мамы с Кирюшкой. Перебрала множество вариантов, и не один её не устроил. Подумала, что у них, наверняка, имеется досье на неё, её семью и друзей. Где скрыть ребенка, это ведь не иголка, которую не найдешь в стогу сена. И только, на первый взгляд, кажется, что это просто. А может быть, они его тоже похитили, сердце так больно сжалось, что она еле сдержала стон, который рвался из сердца. Остановилась на маминой родине, может быть, это место они не просчитают. Мысли бились в её висках, и она в нетерпении ждала малейшего повода, только бы они остановили машину. Позвонить и предупредить маму, ведь единственная возможность связаться с ней, может в любой момент рухнуть. Господи, помоги мне, просила она бога. Она, неоднократно по пути следования, обращалась к ним с просьбой остановить машину, якобы ей нужно в туалет.