Прощать любимым. Роман, основанный на реальных событиях

– Как это сделал предложение? – вырвалось у Шурки «Мосол», он живет с моей сестрой!

– Живет, еще не значит, женился, она сама к нему на шею вешается!

– А ты, Мархутка, все обо всех знаешь! – возмутилась Шурка.

– Да все в деревне знают, как она бражку ставит и самогон гонит! А мужику, что надо? Полеводу с ней, как у Христа за пазухой! Отъелся за чужой счет, ажно лоснится! Странно, нигде не работает, а продуктов у нее как на складе! А мы с вами сутками пашем и куска хлеба не имеем!

– Ха, зачем ей работать? – отозвалась Настя, – она не дура, знает, кого угощать самогоном!

Шурка «мосол» прищурила глаза и холодно окинула ее взглядом.

– Насть, ты говори да не заговаривайся, за такое и нас вместе с тобой посадят! – сказала Мария.

– Чего мне бояться? Мой брат Иван сам к ней ходит, и дома все о ней рассказывает, кто, как, и зачем к ней приходят. Она никем не брезгует!

– Да ты, что, Настя! Неужели и «горбун» с ней? – удивилась Нюрка.

– А, он и сам не скрывает, что спит с нею и говорит, что Полька им очень довольна!

– Вот вам и «горбун»! – расхохоталась Мархутка, – ты, Настя, не обижайся, что мы его так называем!

– Не обижаюсь я, мне самой, он противен, как Полька с ним?

– Интересно посмотреть на него голого! Говорят, он на своем торсе, удерживает хомут, – вполголоса проговорила Мархутка.

С минуту длилась пауза, каждая из девушек представила горбуна в своем свете, а затем разлился громкий девичий хохот.

– Чего не знаю, Мархутка, того не знаю! – сказала Настя, – я не видела его голым даже в детстве.

Успокоившись от смеха, Нюрка посочувствовала Насте.

– Тебе, Настя, с братом не повезло, мало того, что урод, еще и продажная шкура, потому его в деревне ненавидят! А мой брат… красивый, высокий и скромный, где он теперь, жив ли? Последнее письмо получили от него в сорок третьем году. Описывал, как немцы наших раненых солдат расстреливали, короче добивали! А брат мой догадался, положил сверху себя мертвого солдата, только это его спасло.

– Где же мой Ваня? – думала Мария, – что с ним, помнит ли еще меня?

– Ты что загрустила, Мария? – Нюрка обняла ее, – не грусти!

– Не грущу я, просто вспомнила своего Ваню. Помнишь, я показывала тебе его фотографию?

– Как же не помнить? Как сейчас вижу, красавец!

– Ты, Нюр, рассказала о своем брате, что весточку прислал, дал о себе знать, а я видно, никогда не узнаю! – на ее глаза накатили слезы.