Лабиринты Кремля

А могли бы жить все вместе,

Стать мукой и пышным хлебом.

А теперь на этом месте,

Им уже не стать побегом.

Не цвести, не колосится,

Не шуметь в едином хоре.

Угораздило родиться,

В зерновом безбрежном море.

Им бы жить не выделяясь,

Миллионами зернинок.

И слезинкой растворяясь,

Среди множества дождинок.

Квадрат Наполеона

У нас гармония ума,

И воли формулой квадрата.

И застилает нам глаза.

И чернота там виновата.

И нет таланта в высоте.

И основание безвольно.

И тонут речи в пустоте.

Позвольте им сказать довольно.

Довольно смаковать мозги.

И что куда перетекает.

И ощетинились клыки.

У тех, кто что-то понимает.

Красотою обманувшись

Белый снег упал на осень,

И замаялся слезою.

Век его совсем не прочен,

В синей дымке с белизною.

Мир стремимся к совершенству,

И души своей и тела.

К одинокому блаженству,

Снега капелька летела.

И несло ее в тумане,

Одинокою пушинкой.

И кружило в урагане,

Белокрылою снежинкой.

Но земли едва коснувшись,

Потеряла свою силу.

Красотою обманувшись,

И нашла свою могилу.

Глоточек веры

Искала ночь небесного огня.

И горизонт, из жизни убегая.

И искры жгут сознание маня.

И память рвет, листы все не читая.

Слов наболевших роем на губах,

Им улететь, но не пускает правда.

И поздним гостем к вам приходит страх,

И просит приютить его до завтра.

И режет небо молниями свет,

Звон колокольный льется громче грома.

И все кругом один какой-то бред…

И страшно все, что так давно знакомо.

Вишневый сад цветет совсем ни так.

Запах черемух не щекочет нервы.

И одеялом накрывает мрак.

И где глотнуть один глоточек веры?

Война

Когда война сражается с весною,

И запах солнца, превращая в яд.

Мой друг кричит: «бегите я прикрою»,

И слов не слышно – пули говорят.

Они ведут между собой беседу,

Кто сколько жизней чистых загубил.

Им наплевать на совести победу,

И кто как жил. И кто как жил.

Им все равно кого они убили,

Впиваясь в тело, разрывая кровь.

Одни уже так искренно любили,

Других еще не дождалась любовь.

И пули что? Они только летают.

И кто нажал тот спусковой крючок?

И где же те, кто войны затевают?

Их ждет давно осиновый сучок.

Ложь застыла на губах

Все небо, исчертив огнем,

И красотой манит и страхом.