Мои знакомые животные

У нас на кухне стояла газовая плита: газ открывался, как обычно, на стволе – поворотом вентиля на трубе, по которой шел газ, и кроме того, поворотом рукоятки-выключателя на самой плите. Вот эту рукоятку моя маленькая сестра все время забывала закрыть: она выключала газ только на трубе и потом уходила. Когда после этого кто-нибудь поворачивал вентиль, газ сразу начинал выходить. Вике делали замечания, но она продолжала поступать по-своему.

И вот как-то поздно вечером, когда Вика, дедушка и я уже спали, мама пошла на кухню ставить чай, но, повернув вентиль, о чем-то вспомнила и вернулась в комнату.

В этот день она плохо себя чувствовала и очень устала на работе. В комнате она что-то еще сделала, потом постелила и легла, а об открытом газе забыла.

Все внутренние двери у нас закрывались неплотно, форточки, наоборот, были закрыты. Так бы мы все и погибли: ведь газ человека усыпляет и, надышавшись газом, он гибнет. Но нас спасла Лизка.

Кошки гораздо лучше чувствуют всякие запахи и очень чутко спят.

Было уже совсем темно, когда мама, громко крича, разбудила всех нас. В квартире стоял сильный отвратительный запах газа: будто разбили тысячи тухлых яиц.

Дед – он у нас бывший офицер, ветеран войны, человек решительный – тут же вытолкал нас всех на лестницу, не дав даже толком одеться, а сам открыл настежь все окна и двери на балкон, закрыл газ и спустился к нам. И только тогда мы вспомнили о Лизке.

Мы с дедом тут же поднялись наверх. Но кошки в квартире не было.

Мы нашли ее внизу, под нашим балконом.

Было очень холодно, налетал порывами норд и шел мокрый снег пополам с дождем. Никогда прежде в такую погоду Лизка не выходила из квартиры. Кроме того, она всегда выпрыгивала правильно и расчетливо: возле самой стены дома проходила асфальтовая дорожка, а дальше начиналась мягкая земля, летом заросшая травой, а зимой покрытая снегом. Вот туда она и падала и никогда не ошибалась.

Но, к сожалению, тот, кто прыгает с такой высоты, имеет право только на одну-единственную ошибку: на этот раз кошка упала на асфальт.

Может быть, все дело в том, что она была беременна и вот-вот должна была родить, а может быть, она просто слишком испугалась и поспешила.

Когда мы ее нашли, она еще дышала, но сделать уже ничего было нельзя. Я посмотрел на деда, нашего вожака, и очень удивился: наш неунывающий дед, на глазах которого я никогда не видел слез, которого просто невозможно было себе представить плачущим, на этот раз плакал.