Где-то под Питером. Рассказы и повесть

Одного его она мне родила, а потом и вовсе надорвалась. Так что и за одного спасибо. А тут мечталось, чтобы у сына-то все иначе было. И чтобы детишек полон двор… А оно видишь как вышло. Вернулся из этой Чечни с медалями, руки-ноги целы, а как пришибленный. Я к нему и так подступлюсь, и так… А он зарядил одно: «Тоска, батя, тоска…» Ну, думаю, в работу втянется, авось переболеет. Бычка на вырост обсудил с ним взять. Стойло вместе для бычка справили, сена весь сезон косили. Уж сговорились одним утром за бычком идти.

В проходе плацкартного отсека нарисовалась милицейская парочка. Она при старлейских погонах, он в чине капитана. А у нас на столе традиционный русский натюрморт и двухлитровая пластиковая бутыль из-под «БОН-АКВА», в которой под стук вагонных колес мерно плещется Васин самогон. А перед каждым из нас наполовину заполненные пластиковые стаканчики.

– Что это вы тут делаете?

– Мы отдыхаем в дороге. Прения у нас по поводу предстоящих выборов. Хотите присоединиться? Милости просим.

Милицейская парочка молча проследовала дальше. Люба опрокинула стаканчик, крякнула и выдохнула:

– Счастье их, что не стали они с нами связываться. А то я уже созрела к открытию митинга.

– Нужны вы им! – Вмешалась, мусолившая в это время шваброй вагонный линолеум проводница. – Они из наркоконтроля и вы не по их части.

Застолье продолжилось. И потекла вперемежку с первачем незамысловатая беседа случайных знакомых попутчиков. Каждый о своем, наболевшем. А из репродуктора, как бы сопутствующим фоном звучали цветаевские строки еще совсем молодого голоса Пугачевой:

«Вагончик тронется,

вагончик тронется,

вагончик тронется…»

    09.12.2007

Окурочек

Бросить курить Володя решил радикально: Взял у друга, на время отпуска, надувную лодку с палаткой и спальником, экипировался спинингом, сухарями и спичками и, без курева, погреб таежной речкой по течению странствовать.

Места красивые, рыба, чуть не сама, в руки бросается. Душа радуется и без курева терпится. Уже три дня и три ночи перетерпел и, вроде бы, организм смирился с судьбой, когда догреб он до охотничей избушки для таких же странников, как он бродяг, по таежным обычаям срубленной. Решил там на денек обосноваться. Горячей воды в котле нагрел.