Избранное IV

Сулил нам счастье новый вождь беспечно,

И репродуктор хрипло подвывал,

Из века в век дурил нас бессердечно

Толь подлый враг болтливый, толь нахал.

Он обещал порой златые горы,

Чуть потерпи, а дальше хоть пляши,

Такая чушь, что с ней не будешь спорить,

Не надо вешать на уши лапши.

Шёл снег сплошной, и ветер дул колючий,

Туман густой попутал берега,

И от морозов яростных и жгучих,

Январский ангел прятал нас в снега.

Всходило солнце, не неся надежды,

Мороз царапал ветвями рассвет,

И каждый знал, что будет всё как прежде,

И от судьбы давно защиты нет.

    2016

Смутная математика рассвета

Проштопано лапами елей осипшее небо.

Всего полшестого.

Разделена ночь лишь на белый и серый.

От белого клочья зависли на лапах тех елей,

Что сбросить снега не успели,

В тревоге проснулись

и маются грузом тяжёлым,

Согнули берёзы в морозе продрогшую спину.

Всего полшестого.

Кто месяца сгрыз половину?

Толь ворог, а толь вороватый и тающий свет.

И, кажется, вечность,

и, чудится, столько уж нет.

Изломана строгим углом

белоснежная крыша сарая.

Извлечь собралась она корень из дачных утех.

И кто-то разметил полотнище снега

от края до края

Еловыми шишками, метя грядущий рассвет.

Вспорхнула с карниза,

взлетела, стремглав птичья стая,

Дрожат в перекрытьях деревьев

следы от невидимых миру частиц.

Какие-то равенства и биссектрисы

прочерчены смутно,

И кто-то безумный понять их решит.

Приближается утро…

    2016

Когда же будет пробужденье?

Которую неделю беспробудно темень,

И неба серый холст.

На нём эскизы брошенных берёз,

Провалы снега, тусклые огни,

Не видел безотраднее картины.

Засыпан снегом лес, бугор до половины,

И спрятался под ним коварный крысолов.

Гуляют по земле хвостатых крыс стада,

Метут позёмками. Пищат, туда-сюда

Мелькают серые безжизненные спины,

Скорее б чёрт пронёс,

Куда бегут они, не ведомо.

Им иссушил бока и выдубил все шкурки.

В ближайших опустевших закоулках

Какой-то лагерный покой и тишина.

В невидимых строеньях

прячутся «придурки»

В тепле и сытости. По-видимому, вновь

Свихнулась вся страна.

В морозном затаилась исступленье,

И утро серое так медленно ползёт,

беззвучно суетятся крысы,

В каморке папы Карло продырявлен холст,

Очаг погас.