Дырка от бублика 2. Байки о вкусной и здоровой жизни

К чему здесь Бейгали, спросите вы? А к тому, что он был первым защитником и покровителем Смирнова, ибо одного поля ягоды на одном поле произрастать и обязаны. И они росли. Каждый на своем кусте, но на одной ниве…

– Хотите загадку, бродяги? – спросил Смирнов, когда бутыль почти опустела.

– Да-вай! – миролюбиво икнул Бахыт и откинулся на подобие кушетки.

И Ваня начал:

Кто стучится в Мавзолей

С раскладушкою своей?

Он и маршал, и герой,

И писатель молодой…

– Чёрт его знает! – выругался Серёга.

 – Бейгали твой, что ли?

Инвалид уже с минуту безуспешно пытался приладить культю к деревяшке.

– Темнота! – победно прищурился Смирнов и продолжил:

Брови чёрные, густые,

Речи длинные, пустые…

– Я, пожалуй, пойду… – сказал Бахыт и сел.

Он понял, кто это…

– Подожди, подожди! – задержал спортсмена Ваня и, хохотнув, назидательно закончил:

Кто даст правильный ответ,

Тот получит десять лет!

– Сам написал? – сдавленно проговорил Бахыт и начал собираться.

Он давно знал Смирнова и, сильно подозревая, что тот провокатор и секретный осведомитель, держал себя с ним очень осторожно. «Если девушка красива и в постели горяча, это личная заслуга Леонида Ильича!», так и вертелось на языке, но, слава богу, не вырвалось. Тем более, что дальше закрутилось в голове ещё более крутое: "Поменяли хулигана на Луиса Корвалана. Где б найти такую блядь, чтоб на Лёньку поменять!"

– Эх вы… гегемоны! – вместо ответа выругался поэт.

Вылив в стакан оставшееся в бутыли и одним залпом выпив, он как-то по-особенному прищурился.

– Ну, этого-то вы угадаете. Этот ваш:

Никем не узнан и не признан,

Бродил по улицам, как тень.

И занимался онанизмом

В Международный женский день!

– Кто? А? Ну-ка, ну-ка!..

Собутыльники молчали. Хотя они были далеко не ангелы, но Федю уважали. И Смирнов это почувствовал. Он даже заскрежетал зубами от зависти. Уже давно его самого только терпели и боялись.

В это время на улице ахнуло так, что намертво привинченные к полу кинопроекторы звякнули, и все трое выскочили из кинобудки.

Нет, не тушить пожар или спасать людей! Просто Алма-Ата – город сейсмичный. В горячке Серёга даже не заметил, что он без деревяшки, и лишь увидев, что землетрясения нет, начал проседать на воздушное пространство под культёй. В сарае же просто взорвалась канистра с каким-то горючим содержимым, и столб пламени взвился до верхушек тополей.