Музы Припарнасья

И хоть слезами мир закапай,

но, плачь, не плачь

а ход вещей не повернётся

наоборот.

Уже, как тать, к нему крадётся

сибирский кот

В последний миг – откуда сила? —

хвать и в кровать.

Побеждена иль победила?

Да наплевать!

Степан Щипачёв

Любовью к мишке дорожите,

вдвойне учитесь дорожить,

и на руках его держите,

чтобы на пол не уронить.

Любить – не спать в одной постели,

в четыре дырочки сопеть,

а жить, чтоб на любимом теле

любимом лапам уцелеть.

ваше благопародие господин поэт

Татьяна Александрова

Я готова себя – до минуты

Всю отдать, до мгновения – Вам.

Подарить! Вы не стали бы вором

Ведь де-факто была я одна,

Но стоит между нами «де-юре»…

Неприступной холодной стеной.

Я б любила вас так-то и так-то,

этак тоже и наоборот,

не сбиваясь с прекрасного такта

на занудливый автопилот,

без оглядки и пауз, антракта,

перепутав закат и восход…

Но стоит между нами де-факто,

как де-юре закрытых ворот.

Белла Ахмадулина

Претерпевая медленную юность

впадаю я то в дерзость, то в угрюмость,

пишу стихи, мне говорят: порви!

«А вы так просто говорите слово

вас любит ямб, и жизнь к вам благосклонна», —

так написал мне мальчик из Перми.

Мне претерпеть дано такие страсти,

что перед ними меркнут все напасти,

богами посылаемые вниз

на неразумных чад и их потомков,

блуждающих в рифмованых потёмках,

как под чадрою губ нагих стриптиз.

И юность пыткой бесконечной длится,

язык щекочет слово, как ресница,

а напишу, «Порви, – кричат, – к чертям!».

Послать бы всех. К чему мне эти песни?

Но не поймут и не пойдут, хоть тресни.

Однако, существует где-то там —

я не припомню, это Пермь иль Нальчик —

какая разница? – влюблённый нежно мальчик,

меня ревнуя к ямбу, словно мавр.

Он мне письмо прислал. В нём говорилось,

что Музой мне подаренная милость —

небесный звон божественных литавр.

В письме сквозит такая непорочность…

Но, боже мой, откуда эта точность

и пониманья умудрённый дар

у мальчика?! Я снова оживаю,

летит перо и я плевать желаю

на критиков, на смерть, на гонорар.

Олег Арх

Сто тысяч стопарей тому назад

Я встретил Музу в местном кабаке.

На ней кокошник был, цветной халат

И туфли на высоком каблуке.

Я угостил плутовку коньяком,

И в голову пришёл мой первый стих.