Цирроз совести (сборник)

Ноябрь 1967 года

Софи Мюллер нездоровилось. Температура не спадала, а сердце тревожно билось в груди. Плохое предчувствие выдавали холодные ноги, которые сильно потели. Это происходило всякий раз, когда где-то рядом возникал он. Со дня свадьбы, в том далёком 1924 году, до дня рождения дочери, в 1936 году, у неё никогда не было никаких чувств к этому человеку. Но именно рождение дочери стало причиной их развода. И дело было совсем не в его любовнице, смазливой личной секретарше Барбаре Хельмут. Дело было в том, что оберштурмбанфюрер СС Генрих Мюллер не мог иметь дочку с ярко выраженными монголоидными чертами лица.

Всякий раз, когда он встречался с ней, он был приветлив, и проявлял заботу. Даже поражение Германии и его бегство из страны не мешало ему видеться с дочерью хотя бы раз в год. Сегодня она почувствовала, что он где-то рядом.

В палату зашла сестра.

– Вам звонили из полиции и сообщили, к вам в квартиру забрались воры.

– Что-то украли?

– Нет! Их задержали! Так что скоро к вам приедут из полиции.

– Хорошо! Я буду ждать.

Дверь закрылась. Спать ей не хотелось. Она уже знала, что единственная цель грабителей были бумаги из её личного архива, за которыми уже давно охотился «Моссад». И она не ошиблась.

Задержанных было двое. Граждане Гордон и Шор объяснили полицейским, что они охотятся за Мюллером, чтобы отомстить за своих родственников, которых он замучил в гестапо. В главном управлении полиции Мюнхена быстро разобрались что к чему, и агентов распознали. Тем более, что месяц назад эти же люди засветились за слежкой квартиры, в пригороде Мюнхена на улице Манцингер, 4.

Тогда в семье Мюллер был семейный праздник, на котором присутствовала Элизабет с мужем. Всё было как обычно, но на этом же празднике присутствовал ещё один человек. Никто ничего о нём не знал.

Позже агент «Моссад» Цви Малхин признает, что именно тогда они упустили Мюллера.

На допросе он сообщит следующее: «До операции нам раздали фотографии всех родственников Мюллера. Мы их засекли и всех опознали.

Однако один человек остался нами не опознан. Он вышел из дома и направился ловить такси. Я ещё подумал, что это скорее всего военный, так как у него была характерная походка. Когда наш сотрудник направился за ним, мы остались наблюдать за окнами квартиры на втором этаже, откуда слышались песни. Когда гости разошлись, и мы вернулись на явочную квартиру, то сотрудника, который отправился за тем человеком, там не было. Не появился он и на следующий день.