Атласными нитями. Стихи разных лет

Он быстренько всё у Среды разузнал

И по секрету ей тихо сказал:

«Я – робот Блинки. Слеплён человеком.

Тот человек, к разнесчастью, калека.

Он создал меня, чтобы премию дали.

На ноги нужны тонны денег, сказали.

Среда, поспособствуй чем можешь на счастье.

С тебя не убудет, ведь мир твой прекрасен.

Подмогу твою непременно зачтём.

Мы Сотой Эрой тебя наречём.

Учить тебя в школе будут все дети,

И космонавты летать на ракете.

Мы имя твоё враз увековечим

Как только Создателю ноги залечим»

Среда призадумалась, моргнула в полсферы,

И тут принялась исправлять это дело.

Устроила роботу сложный апгрейд,

Он универсальным стал прям при ней:

Высоким, красивым, с крутой микросхемой.

Создатель сразу решит все проблемы.

Вдруг робот почуял пинки, оплеухи.

Очнулся – вокруг слито масло и мухи..

«Ты, роботик Блинки, напился» —

Создатель напротив вдруг очутился.

Блинки встаёт, он шатается малость.

От преображения хрен что осталось.

Стал он кричать, что Среда обманула,

Поиздевалась, морально согнула.

Создатель голову держит руками:

«Бедненький робот, что будет с нами?»

Блинки с тех пор повернулся немного:

Скупает всё масло, ищет дорогу

К этой Среде, чтобы выяснить правду

Был то обман, или то – клоунада?

Жители в ужасе Блинки обходят,

Слыша, какую чушь он городит.

Лишь старый Создатель лелеет веру

В робота, что ищет сотую Эру.

Огоньки

В этом диком безудержном городе

Нету места для хрупкой меня

Все пути желчью исполосованы

Я пыталась пройти, не скользя.

Я пыталась до вас достучаться-

Вы запнулись о слепок души.

Наступили на горло подошвою —

Нам такие, как ты не нужны.

В этом городе люди из проволок

Режут с дикостью и всех подряд.

Исполосаны леской под кожею

Пропускают последний заряд.

Но пройду сквозь колючую проволоку,

Невзирая на желчи плевки.

Мой любимый ведет меня за руку,

Зажигая во тьме огоньки.

Совушка

В минуты бездушности мира, где давит тоскливая

тьма,

Ко мне ты из тундры парила обнять и утешить,

сова.

Могучие мягкие крылья нежнейшей периной

на мне.

Стирается грань между былью в сладком

и бархатном сне.

По-матерински качает, баюкает гостья меня.

В пушистую грудь зарываюсь и прячусь

от горестей дня.

Защитница светлою силой в перину окутала мир.

Спокойно и томно-красиво сквозь грёзы с совою

парить.

Но слышится звук – дверь открылась.