Сицилийский роман

Старинные здания и дворцы с обвалившейся штукатуркой и непонятными огромными дырами в стенах, казалось, только что пережили гитлеровскую бомбежку Второй мировой войны или печально известное извержение Этны.

На некоторых улицах валялись кучи мусора, источая неприятные запахи. Общий вид скрашивали две-три центральные улицы и несколько симпатичных скверов.

Машин было множество. Их движение походило на хаотичное броуновское или, если быть совсем точными, на движение стада баранов. Некоторые водители полностью игнорировали правила дорожного движения, проезжая на красный свет, обгоняя справа и разворачиваясь в неположенном месте.

Жительницы Катании – жгучие брюнетки среднего роста, с неухоженными лицами и неспортивными фигурами – одевались неряшливо и безвкусно. Многие пожилые дамы были одеты во все черное.

– Они вдовы, – пояснил Марио Лере, – и на Сицилии принято из уважения к памяти мужа носить траур многие годы, а некоторые его не снимают всю жизнь.

Сицилия – аграрный остров. Вдоль дорог, соединяющих небольшие населенные пункты, тянулись бесконечные частные угодья, засаженные виноградниками, овощами и фруктовыми деревьями. Кое-где встречались незаметно припаркованные автомобили и люди, что-то собирающие с деревьев. Бедные, несчастные люди, не имеющие работы, вынуждены иногда подворовывать, чтобы как-то прокормить свою семью.

По всему сицилийскому побережью, как близнецы, ничем не отличающиеся друг от друга, расположились рыбацкие поселки. Застроенные покосившимися от времени одноэтажные домами из серого камня с наглухо закрытыми ставнями, они портили великолепный морской пейзаж.

Совершив небольшой тур по древним городам острова, Марио и Валерия посетили Сиракузу, Агриженто, Рагузу и Таормину. Больше всего Валерию впечатлила Таормина.

Город находился в 40 километрах от Катании, высоко в горах, и в хорошую погоду со смотровой площадки можно было отчетливо разглядеть материк с расположившейся в конце итальянского «сапога» регионом Калабрия.

Узенькие улочки со средневековыми домами, украшенными вьюнами дикого виноградника, с неожиданными лестницами, спускаясь по которым внезапно попадаешь в небольшой сад или бар, придавали неповторимый шарм этому месту.