Сицилийский роман-2

Как не спала всю ночь у его больничной койки, пока он не отошел от наркоза и она не была уверена, что он вне опасности. А потом, когда он вернулся домой, все стало, как прежде, – она сама по себе, он сам по себе. Такой была его мать. Но все же сыновний долг – принимать своих родителей такими, какие они есть!

«Как же мне стыдно! Не могу выдавить из себя ни слезинки. Даже жена моя плачет по свекрови, которая ее терпеть не могла. Правда, русские, они более сентиментальные. – Марио поцеловал крышку гроба, положив на него красную розу.

 – Ничего не могу поделать с собой, прости, мама, не получается! Пусть земля тебе будет пухом. Я уверен, что ты уже в царстве небесном, в которое так верила и в которое так хотела попасть».

Он вышел из усыпальницы, и они с женой направились к выходу, а за их спинами еще слышались громкие рыдания Марчелло и Микеле, их жен и детей. Оглянувшись на прощание, он увидел в толпе многочисленных сицилийских родственников одетого во все черное одиноко стоявшего молодого человека лет 20–25.

Он тихо всхлипывал, и по выражению его лица понималось, что он знает здесь многих.

– Марио, смотри, опять этот молодой человек! Помнишь, он приходил год назад на похороны твоего отца. А кто же он такой? Почему вы у него не спросите? Судя потому, что к нему никто не подходит, никто из наших с ним не знаком. Но при этом у меня такое ощущение, что он в курсе, кто мы такие! – обратила его внимание Валерия.

– Да, я уже про него думал. Что-то тут не так. Сейчас пойду и спрошу у него, кто он такой и почему он преследует нашу семью.

 – Марио решительно обернулся в сторону незнакомца и, заметно хромая, сделал несколько шагов в его направлении, но юноша куда-то внезапно исчез. Он внимательно посмотрел по сторонам, и увидел, как молодой человек удаляется по кладбищенской аллее, разговаривая с каким-то мужчиной.

– Слушай, брат! – к ним подошел Костантино, который тоже был очень встревожен присутствием этого незнакомца. – Меня вдруг осенило! А не по нашу ли душу этот тип? Может, это клан, узнав, что ты вернулся, к тебе его приставил? Может, долги прошлого, так сказать, хотят вернуть? По-моему, тебе опасно находиться так долго в городе!

– Да не паникуй ты! Если бы у них были ко мне претензии, то уже после смерти отца в прошлом году они бы ко мне пожаловали без приглашения.

Нет, я уверен, что этот не от них. – Но Марио все же серьезно призадумался над словами Косты.

– Ты как, дорогой? – спросила Лера, заботливо неся над мужем большой черный зонт.