Убить узбеков. Рассказы

Фермером себя я плохо представляю.

Полная чернобурка

Двухлетний Степочка восседает в детском кресле на заднем сидении джипа.

Одет он с иголочки.

Джинсовый костюм от «Кавалли». Кожаная обувь от «Балденини». Бейсболка «Адидас». В руках пачка чипсов с креветками. Тридцатилетняя няня Ира сегодня в отгуле. У нее вечные проблемы с сожителем Гошей. То любит, то не любит.

И Степочка сейчас с мамой.

Его мама, двадцатилетняя Адель, сидит за рулем джипа.

Цветная птичка калибри красуется на ее запястье.

Другие яркие татуировки украшают ее шею, оголенный живот, поясницу, лодыжки. Малиновые губы неестественной полноты сложены в капризном изгибе.

Одета Адель во все модное, яркое, эпатажное. И чем-то похожа на Леди Га-Га.

Леська, подружка, с загаром цыпленка гриль. Цедит коктейль из горла бутылки. Глаза красные, утомленные от ночной жизни. Волосы блеклой паклей от никотина.

Но, все равно хороша, зараза! Схожесть с Анжелиной Джоли поразительная!

Между девчонками, на панели джипа, стоит, как капитан на мостике, китайская хохлатка.

ЭтоДульсинея. Дунька. По паспорту Дунфан.

Совершенно лысая порода собаки. Уши торчком, в белых перьях. На лбу такой же хохолок. Тоненькие длинные ножки.

В серебряном комбинезоне. На ногтях маникюр серого цвета.

Похожа на конька-горбунка.

В салоне накурено. Девчонки щебечут о своем, о девичьем. О Никите, Сереге, Максе… О ночном клубе, дискотеке.

– П…ц! Никита вчера уехал с какой-то телкой и телефон отключил.

*По этическим соображениям слово П…ц заменено на слово чернобурка!

– На фиг он тебе сдался! Серега не хуже этого пижона.

– Б…ь! Серега меня достал своим нытьем! А Макс оторванный! Кончит от передоза, – смачно зевает Адель.

И девчонки делятся впечатлениями о минувшей ночи в клубе «Розовый носорог».

До Степочки никому нет дела. Никогда. И он, предоставленный сам себе, курлыкает.

Курлу-курлу-курлу…

Природа берет свое.

Курлыкать он начал совсем недавно!

– П…ц! Когда же Степа начнет говорить! Ирка – су… а, совсем с ним не занимается.

В голове только ее этот хахаль. Надо другую няньку искать! – спохватывается Адель, слыша речь сына.

– Курлу-курлу-курлу! – старательно откликается Степа на материнские слова.

– Сынок! Скажи нормальное слово! Скажи Мама! – поворачивается Адель к сыну.

Бл…! Хватит чипсы жрать! Опять весь салон обблюешь!

Леська равнодушна. Зачем ей чужой ребенок. И вообще, детей она не любит. И не хочет.