Убить узбеков. Рассказы

Ребенок уже надрывается от крика. Малиновый от жары. Зовет маму. Рвется из потных объятий своей бабки. Когда его подносят к батюшке для причастия, мальчуган переходит на визг. Вырывается. Батюшка вместе со своими помощниками, причащает неразумного. Тот выворачивается, закрывает рот, мычит. Помощники терпеливо проводят процедуру. Мелькает ложка из металла желтого цвета. Ребенок хрипит.

Потом из церкви все повалили во двор, к кирпичному старому дому. Здесь на лавках и у забора, под вишнями, народа уже тьма. Ждут таинства эпитимии.

Из России, Белоруссии, всех уголков Украины и даже дальнего Зарубежья. Пьяницы, куряги, наркоманы с женами, матерями. Автопарк из дорогих машин.

Когда отец Александр, направляется к дому, народ дружно выстраивается в широкую и длинную очередь, которую сдерживают перегородки, как на Красной площади к Мавзолею.

Раздается из матюгальника усталый голос батюшки. Скороговоркой, заученно отец Александр объясняет, что он не кодирует. Он не гипнотизер, не целитель. Он лишь посредник между нами и Богом.

Он накладывает эпитимию. И что с Богом шутить опасно. Уж коли дал слово не пить месяц, год или всю жизнь, то нарушать нельзя. Обязался не курить, не бери сигарету в руки! И так далее. Иначе будет несчастье с давшим слово или с его ближними.

И отец Александр начинает перечислять случаи личных катастроф тех, кто нарушил запрет. То сам позвоночник сломал, то жена ногу вывихнула, то тестя молнией убило, то теща вдруг померла.

Народ слушает внимательно, с серьезными лицами.

Пугливо переглядывается.

Запугав прихожан, батюшка перечисляет и недуги, от которых он избавляет:

Сахарный диабет, бесплодие, онкология, экземы, и разные скверны. И приводит потрясающий пример такого исцеления.

«Одну женщину во время моей молитвы так трясло, такая гадость начала из нее вываливаться – черви, крысы, мыши, всякое воронье….Потом ее муж мне 100 долларов дал…. На строительство храма».

Я оглядываюсь на людей. Все молча и почтительно внимают.

– Да, не рассказывайте мне о всех ваших болезнях.

Зачем мне это? Я же не Бог! – раздражается уставший батюшка. Бог сам все видит!

Говорите просто «болезный»…

Я так устаю. Вчера 4 тысячи человек принял.

И не бросайте порванные купюры, потом морока с ними! – напутствует напоследок батюшка.

Народ стройной очередью, по одному, заходит в горницу дома, увешанную простенькими иконами и библейскими репродукциями. Тянется к креслу, на котором восседает отец Александр.