Жора и груши. Рассказы

Может, баночка с вареньем из волшебных яблочек, которую мы Коле дали с собой, будет ему маленьким утешением…

Гнездо канарейки

Была сегодня у Бомбейкиной. Елку ставили. Игрушки старинные, еще с детства ее бабушки, из чердака достали. И на елку все это одели. Но я не про елку, которую наряжали мы аж 3 января! Для Бомбейкиной это так же в порядке вещей, как и георгины сжать в августе.

Я о другой рассеянной. Аллочка. Приятельница Бомбейкиной. Живет через дом. Мы приперлись к Аллочке чисто с прошедшим новым годом поздравить, тортик принесли.

Меня поразило вот что. У Аллочки на окне висит клетка с канарейкой. Пока хозяйка разливает чай, вижу картину. Маленькая желтенькая птичка волнуется, чирикает, суетится в клетке. Выстраивает гнездо. Выщипывает перья из своего тельца. Что бы птенцам было тепло. Она не понимает, что птенцов взять не откуда. Самца то нет!

А рассеянным, а, может, просто равнодушным людям плевать на личную жизнь этой пташки.

Мне в рот не лез ни торт, ни чай. На мой вопрос, почему кенаря не купят птичке, Аллочка ответила что-то невразумительное про «некогда и в гору глянуть».

Мы собирались домой, а эта несчастная нетра..тая канарейка, с голым общипанным задиком серого цвета, все еще продолжала прыгать по клетке, выдергивать перья из себя и вить гнездо.

– Вот так и мы, люди. Жертвы инстинкта. Стараемся, выдергиваем перья из ж…ы, ради своих детишечек… Но это уже другая история.

– Завтра пойду в зоомагазин и куплю для Аллочкиной птички бойкого кенаря.

Вот тебе и чернобривцы с георгинами!

Рассеянные люди вызывают различные эмоции. Но мне кажется, что больше все же положительные!

Собрались мы с Валькой Бомбейкиной в «Биллу», за продуктами. Валька выкатила из – за печи тележку-кравчучку, облачилась в новую дубленку, подбитую мехом норки. И мы вышли из ее милого домика в Цимбаловом Яру.

Я учтиво беру в руки тележку и чувствую, что она не только тяжела, словно, набита кирпичом, но и попахивает от нее, отнюдь, не цветами.

– Валя! Тележка полная! Вытащи груз! И что – то там, у тебя не того… – принюхиваюсь я.

– Вечно тебе микробы мерещатся! Не сочиняй! Поехали!

– Ну, поехали! Хозяин – барин!

Мы взбираемся на горку, к троллейбусу. Тележка тяжелая. Я толкаю ее с усилием. Валька меня опережает. И тут я вижу, что подол ее новой дубленки, которую я подарила ей недавно в знак дружбы и симпатии, будто собаки отгрызли.