Во львиной пасти

 – А какое ведь, братец, блаженное чувство, когда у тебя опять твердая почва под ногами! Только городок-то не больно важный: домишки маленькие и, заместо палисадников, вытянули вперед какие-то сараища…

– А это у них, знать, складочные магазины: чтобы, значит, товары с кораблей сподручнее было выгружать без перевозки. Но вон, погляди-ка, сударь, и совсем барское шато с фронтоном и с садиком за железной решеткой.

– И то, домик хоть куда, весьма даже авантажный, – согласился Иван Петрович и обратился по-французски к выходившему только что из калитки садика господину с вежливым вопросом: – Позвольте узнать – чей это дом?

Тот, мужчина средних лет, представительного и несколько надменного вида, сперва оглядел вопрошающего в головы до ног – не с неба ли он свалился? – а затем ответил по-немецки:

– Дом этот – коммерции советника Фризиуса.

Сказано это было также довольно вежливо ввиду приличной внешности вопрошающего, но все же с таким оттенком оскорбленного собственного достоинства, что Иван Петрович невольно догадался:

– Не с самим ли господином коммерции советником я имею честь?.

.

– Да. А вам, mein Herr, ко мне?

– Нет, но я благословляю счастливый рок свой, что он с первых же шагов в Ниеншанце свел меня с одним из первых, конечно, граждан города. Я – вольный турист, маркиз Ламбаль, и сейчас только прибыл. У вас, без сомнения, есть также груз на нашей «Морской чайке»?

– Есть. А она не потерпела аварии?

– О, нет! Могу засвидетельствовать, что капитан наш, Фриц Бельман, как человек хотя и неудобоварим, но моряк первостатейный.

Позвольте еще побеспокоить вас вопросом… – «А, sapristi! о чем бы еще спросить его?» – подумал про себя Иван Петрович, которому хотелось, во что бы то ни стало, завязать сейчас знакомство «с одним из первых граждан». – «Ну, да все равно!» – Вот на той стороне Невы, я вижу, тоже дома: что там, предместье Ниеншанца?

– Нет, это русское селение Смольна.

– Русское, говорите вы? Откуда взялись у вас здесь русские?

– А еще с новгородских времен.

Они здесь рассеяны повсюду. Это, так сказать, неизбежное и даже полезное зло среди коренного финского населения – malum necessarum.

– Так они смышленее, способнее финнов?

– М-да, предприимчивее: есть между ними и мелкие торговцы, и огородники… А Смольна вон вся заселена русскими смолокурами. Но прошу извинения, mein Herr, мне время дорого. Carpe diem. Пользуйся днем.