Из Петербурга в Петербург. Неформальные воспоминания

Васильева

16.02.43

Второе письмо.

Т. Покровская!

Напрасно Вы на нас с Алешей обижаетесь. Мы пишем Вам четвертое письмо. Я просила одного нашего педагога, она ходит в больницу им. Эрисмана к своей дочери, передать Вам записки, и она клянется, что отдала санитарке на Вашем отделении.

Вас интересует Алеша! Он здоров, очень весел и подвижен, никаких капризов и трудных разговоров. Охотно все делает вместе со всеми ребятками. Гуляет почти каждый день, катался все время с горки на санках. Щечки у него румяные, глазки горят, и он всем доволен.

Животик не болит, кушает он хорошо. Добавку хлебную съедает. Добавочные мандарины и мед съел с большим удовольствием.

Посылает Вам поздравление с 8 марта. Все дети приготовили своим мамам.

Вчера у нас было родительское собрание, и дети на нем выступали с песнями, плясками и стихами. Алеша танцевал в пляске с флажками и говорил по собственному желанию стихи.

Жалко, что Вы не могли его видеть – он был очень хорош!

Ваше последнее письмо я показывала Кл.

Ив., и она сказала, что о деньгах не беспокойтесь. Когда выйдете из больницы, тогда и внесете.

Последнее время я Алешу к себе не брала – у меня очень холодно +4, +5 град., и я боялась его простудить, т.к. в д/с у нас 12—14 град. Тепла. Белье ему выстирано. Голова, уши, ноги приведены в порядок. Так что не беспокойтесь о сыне, не торопитесь с выпиской.

До свидания.

С приветом. М. Васильева.

Алеша крепко целует свою маму.

После прорыва блокады в городе регулярно бывали салюты, и когда была возможность, мы ходили смотреть их на Неву, радуясь, что еще освобожден какой-нибудь город.

Вот какие бесхитростные стихи мама написала о блокаде Ленинграда.

БЛОКАДА ЛЕНИНГРАДА

Наперекор врагу, сквозь зарево пожаров,

В блокаду – голод, холод и налет,

Под гул и грохот рвущихся снарядов,

Работать шел измученный народ.

Слабели руки, тяжелели ноги…

«Как длинен путь!

Как труден, мрачен путь!»

Идут… Торопятся…

Добраться б до тревоги.

«А это что? Рассудка муть?»

На каменных ступеньках дома сидит мертвец;

К забору прислонился кто-то и падает – мертвец;

Вот вдоль дороги одиноко лежит мертвец;

На улицах, на санках и в квартирах

Повсюду он мертвец.

Идут – плетутся на работу люди

С одним стремлением: «Бороться! Победить!»

А побледневшие упрямо шепчут губы:

«Крепись! Крепись! Ты должен жить!».

Сирены воют… Враг напал…

«Дом рухнет?… Нет… Стоит.»

«В нас метил, не попал», —

Ребенок говорит.