Скульптура сна

Среди белых квадратов лежу я без сна

И транжирю горячую воду.

Ольга, Олечка, Оля, – моя тишина…

Семена этих птиц – на свободу.

Заложник

Всё неправильно и некстати:

У тебя – семья, у меня – семья,

Ты мне скажешь, что я предатель…

Но ведь только заложник я.

Я заложник, вернее, узник,

Осуждённый на много лет,

Ты – единственный мой союзник —

В темноте – голубой просвет.

Обрешеченное оконце…

Но, коль день не залит свинцом,

Тихо в камеру входит солнце,

Согревая моё лицо.

Ты палишь меня и тревожишь

Недоступным золотом дня.

И уйти от меня не сможешь

Ты ведь, в сущности – часть меня.

Тучка золотая

Улетела тучка золотая,

Снова я один, как тот утёс;

Плачет осень, в клёнах угасая,

Как всегда, внезапно – время слёз.

Как всегда, внезапно холод дует,

Но всё мнится: ты ещё любим.

Горький вкус последних поцелуев,

Точно осень, он неотвратим.

Вместо звуков в радиоэфире —

Треск помех, так обрывают нить…

Свет погашен, и в пустой квартире

Ни желанья нет, ни силы дальше жить.

Недолгая любовь

Перебирает ветер волосы,

Как будто бы рукой твоей,

И среди тени света полосы,

Как память наших общих дней.

Ныряю в эту память окунем —

Неси, волшебная река!

И не сентябрь греет щёку мне,

А тёплая твоя щека.

Спасибо солнцу, – каждый луч его

Тебя мне возвращает вновь,

Ведь все, что было в жизни лучшего —

Твоя недолгая любовь.

Бусинки слов

Слова давно забытых строк

Слова давно забытых строк,

Печаль давно забытых истин,

Любви бессмысленный урок,

Засохшие в бокале кисти.

Руки небрежный поворот,

Разбитое случайно блюдце, —

Всё вновь и вновь меня зовёт

К безумью творчества вернуться.

К тем невозможным островам

Бесплодной и прекрасной Грёзы;

И плачу я, и по щекам

Солёные стекают слёзы.

И Вечность из горсти водой

Поит бредущего в пустыне —

Комочек разума живой,

Что в равнодушной бездне сгинет.

Неизвестный автор

Автор был смешным и славным,

Словно Чарли Чаплин,

И ни в чём он не был главным,

Никогда, ни капли!

Автор не искал успеха,

Изнутри светился.

После смерти, вот потеха,

Тотчас же забылся.

А стихи его – стишочки

Бродят в мире нашем,

И повсюду строчки, строчки

Тросточками машут.