Ты за моим правым

Никто не расхаживал, обдумывая новую глупую идею, не перебирал безделушки, не посмеивался, найдя что-то особенное. На чердаке было тихо и пусто.

– Стыдно признаться, жизнь прошла, и вспомнить-то нечего! Ну, были же какие-то радости? – спросила она саму себя и пожала плечами.

Проблемы и тяжёлые времена Кора помнила хорошо, но что-то весёлое и радостное слишком быстро выветривалось из памяти. При воспоминании о лете, на ум приходили дождливые дни, когда хотелось солнца. А память о солнечных днях всплывала картиной изнуряющей жары.

В прохладу снова хотелось чего-то другого, не того, что было. В этом и была вся миссис Финч. А Уильям… Кора улыбнулась. Ей вспомнились сияющие глаза мужа, его протянутая ладонь из глубин чердака, зовущая в прошедшие счастливые деньки…

Спустя полминуты улыбка на её лице растворилась, Кора снова нахмурилась. Уильям вечно витал где-то в своих иллюзиях! Когда другие мужья вечерами листали газету или дремали под звуки какого-нибудь телешоу, мистер Финч пропадал в своём кабинете, изобретая очередную штуковину.

Коре постоянно приходилось возвращать мужа на грешную землю, иначе он обязательно вляпается в какую-нибудь историю!

– Может, не нужно было так самоотверженно заботиться о нём? Может, нужно было позволять ему вести себя по-дурацки, как он любил это делать? Может, тогда не сбежал бы он от меня в своё прошлое? Он был таким счастливым в тот день! И звал меня. А я не верила, не слышала его.

Кора вытерла слёзы подолом фартука.

Снова взглянула вверх, в чердачный проём. Всё-таки решилась подняться на чердак.

Ступила на чердачный пол, и половицы тут же отозвались поскрипыванием, приветствуя её. Кора оглядела стены, бесчисленное количество старых вещей, паутину в углах, окно – и не увидела ничего, кроме пыли. Но Уильям видел что-то ещё. Каким-то образом он сумел запустить эту машину времени, что-то послужило ему кнопкой запуска?

Кора рассматривала фоторамки и подсвечники, сундуки, набитые непонятно чем, и книжные полки, стоявшие на полу с забытыми на них книгами.

Сама не заметив как, вытянула одну из пыльного строя, перевернула несколько пожелтевших страниц. Она положила было книгу обратно, как из глубины страниц на пол выпорхнула открытка. Пожелтевшая, как и книжные страницы, с поблекшим изображением белых лилий на голубом фоне.

Кора подняла весточку от самого прошлого, села на краешек сундука и стала разглядывать.