Рассказы

 – А какая еще страна так поступала со своими военнопленными? Ведь советских военнопленных, только что освободившихся из фашистских концлагерей, отравляли в ГУЛАГ! Как это все неблагородно!

– А случай с Жигаревым не доказывает его благородства? – спросил седой.

Лысый остановился перед ним.

– А что произошло?

– Вот видите, вы даже не знаете. Маршал авиации Коновалов в своих воспоминаниях об этом пишет… Настоятельно рекомендую прочесть эту книгу… Так вот, во время войны он был свидетелем, как командующий авиацией Жигарев убеждал Сталина, что на заводах простаивают семьсот самолетов, потому что военные специалисты отказываются их принимать из-за недоработок.

Там же был нарком авиапромыщленности. Тот заявил, что самолеты стоят из-за нехватки летчиков. Разница существенная, согласитесь. В конце концов выяснилось, что Жигарев врал. Сталин побледнел, потом покраснел. Медленно подошел к Жигареву, поднял руку… Но не ударил, только сказал: «Подлец! Вон!» И что вы думаете? Он Жигарева не расстрелял, не арестовал. Только в должности понизил. Кто бы еще мог так благородно, великодушно поступить?

Лысый присел на скамейку.

– Честно говоря, не вижу в этом особого благородства. За что расстреливать?.. Не ударил! Какой добрый! Да уже одно его поползновение ударить возмущает… Что ж, весьма показательно, что у вас не нашлось более убедительных доказательств сталинского благородства и великодушия.

К остановке, поднимая тучи брызг, подъехал автобус. Открылись дверцы, но никто не вышел и не вошел.

Очевидно, все пятеро оказались на остановке из-за дождя. Автобус немного постоял и уехал.

– Почему же? Старший сын Сталина Яков ведь в плен попал. Немцы предлагали обменять его на Паулюса. Сталин отказался. Сказал, что солдата на фельдмаршала не меняет. Это разве не благородно?

Лысый немного помолчал и неохотно произнес:

– Этот его поступок вызывает уважение. Здесь мне нечего возразить.

– То-то. Еще один факт приведу. Поразительный факт! В седьмом году его первая жена, Екатерина Сванидзе, красавица, заболела брюшным тифом.

А денег вызвать врача у Сталина не было. Вернее, деньги были. Он тогда хранил деньги партийной ячейки, экспроприированные. Но он из этих денег ни рубля не взял. Жена умерла.

– Никогда об этом не слышал. Это, конечно, тоже достойно уважения. Если это правда. Хотя… В такой ситуации, думаю, можно было и взять. Взаимообразно. Потом объяснить. Никто бы его не осудил. Нет, мне эта история кажется совершенно неправдоподобной.