Пыхтун. Рассказы

Но Толик завёлся:

– В тот раз они у меня полдня съели! Звонить я, конечно, не стал, но сам понимаешь… – продолжал он наседать на Володю. – А твои, – это уже Николаю Евгеньевичу, – приедут – время тянут: раствор плохой. Всю скважину прошёл – был хороший, а тут – плохой…

Витя намёк понял. Жалоба. Пока неофициальная.

– Анатолий Иванович, пойми, – говорит Николай, – раствор должен быть по проекту, а не какой-нибудь… И вообще, дайте отдохнуть, хватит о работе. Лучше о чём-нибудь другом…

– Про южнокорейский «Боинг» слышали? – (Володя).

– И что? – (Толик).

– Над Сахалином наши сбили пассажирский самолёт – нарушил границу. А в нём народу под триста человек… – (Николай).

– И правильно, раз нарушил границу! – (Толик). – Это всё американцы.

– Самолёт южнокорейский… – (Володя).

– Говорят, на борту была разведывательная аппаратура. – (Николай).

– Ну, вот… – (Толик).

Замолчали. Жаль людей, но… Они, здесь собравшиеся, были советские: идеологическая привычка и воспитание перечёркивали идущую изнутри жалость.

– Тоже, нашли тему для разговора, – вздыхает Коля. – Давайте лучше о девушках.

– О бабах… О бабах, господа, – подхватывает Володя. – Валя-то из планового родила!

Валя. Глядела она на Витю, а он на неё в ответ, но его девушка ждала, теперь жена. Он тогда Вале об этом и сказал. Не раз вместе с Валей в молодёжной компании были. Валя супер – лицо, фигура, грудь. И характер.

О чём говорили?! Ни о чём! То есть обо всём! Парни фанфаронились друг перед другом и девушками.

Девушки смеялись над ними. В меру. Нарушение меры ведёт к нежелательным последствиям в целом. У Вити такое было. То есть над ним. Сатирой по лирике. Лирика в проигрыше. Ну и хорошо! (Говорит он сейчас). А то ещё неизвестно, как бы с той всё было. Да и не любил он её. Придумывал. И было это в других географии и времени.

Интересно в молодёжной компании в общежитии! Команда сборная – из разных мест Союза, кто откуда распределился. Интересно и девушкам, и парням. Той компании нет – остепенились все.

Валя последняя. Она молодец, не позволяла жалеть себя, всё на улыбке. И решилась с этим своим, мелькал он, видели. Бросит первую семью? Их дело. Может, как-то помочь материально?! Ребёнок ведь, а она одна.

– Мужики, – говорит Витя, – может, сбросимся в виде матпомощи Валентине, ребёнок ведь, а она одна.

Валю все знали, работая вместе в малочисленной конторе.

– Чё-эт одна?! – возмутился Толик. – Кто папаша, пусть тот и даёт.

Не поддержал.