Смотритель. Стихотворения 2010—2016 гг.

(26/07/13)

«знаешь [?] косяки у неба голубиными глазами…»

знаешь [?] косяки у неба голубиными глазами

смотрят как светляк тревожит

древеса и спит меж нами

как лежит в песок уткнушись между галькой и травою

как живёт в моей подошве

и клюёт её с двойною

моей пайкою ужившись в косяке уткнутом в небо

в уточке ковчега делит он со мною

пар от хлеба

и светляк дым расчекрыжит чтобы голубь вышел тёмным

и читал себя в газете справа снизу

вдоль колонки

там где небо от оливы вовсе и неотделимо

знаешь [?] косяки у неба

вёслами скрипят отлива

(27/07/13)

[Hijo Prоdigo]

Так ты крути круги печали,

наездник воздуха – с веранд

заходит гость и грудью впалой

он ищет, как на век пропасть,

как не вернуться с фронта в этот,

таджиком занятый, свой дом,

как вырастить на коже нечто

(возможно холм).

Наездник всей богемы нашей —

он помнит, как коса прошла

по головам у маргиналов

и жизнь прошла,

ушла давно за половину,

за распитой язык-стакан

и от сирени, как волк, дикой

гудит титан —

он воду греет чёрной бани,

он говорит как Пушкин нам:

крути, верти свои печали

по головам,

наездник, воздуха глашатай,

почти что холм,

отставший от своих же братий,

спи языком.

(30/07/13)

«Вот странные люди…»

Вот странные люди

в зарытые двери идут —

ни имя не вспомнить

ни шорох, что эти поймут,

как падает время

из малых прорех,

и бабочкой бьется

о лампу свою

человек.

Вот бабочки странен полет

или страшен – пойми —

что вскоре мы ляжем

у ней на пороге – кольни

[продольную душу

её] в свои кости вложи.

Вот странные люди

идут через ночь

лошадьми,

и лошади ноздри шевелят

[как смертность] хрустят

и кормят седыми сосками

людей, как котят.

И кормится их разговор

уходящими в дверь:

спросить – не ответят

они, что горит в листопаде

за зверь.

(05/08/13)

«Колеблется ли свет…»

Колеблется ли свет,

подвешенный на трубах

печных в домах ночных,

шагающих в стадах

на водопои тьмы,

сколоть колодцам губы

за страх увидеть нас

в протянутых руках,

в местах густой воды,

которой древо просит,

склонив свои четыре

животных лика в дым,

где дом шагает в воды,

в которых вырос лосем,

как осень, обнажая

четыре головы.