Кожа. Стихотворения 2000—2017 годов

тагил приплыл

где выбился из имоверных сил

постичь вотще значенье языка

он онемел и с тем ушёл в бега

он знал что в этом

где-то есть москва

и новгород иные берега

он огибал поскольку Амброз Бирс

возможен где-то здесь и слышен свист

и волга говорила с ним из плеч

уа уа возможно не сберечь

но помню я что водолаз немой

как всякий наш язык

всегда изгой

(13/05/12)

Сирень

мы не созреем никогда

нам это климакс не позволит

уволь меня отсель рука

пошли как на хер в полный голос

постой со мною на «Урале»

где спирт казахи продают

и продавщица в полом теле

ждёт наполненья – наебут

нас смерть и жизнь

в тени сирени с пятном

чернильным в рукаве

стоящий туз и сивый мерин

на Каолиновом везде

как мы женатые на бляди

воруют небо голубки

и борзо бога ожидают

чтобы кормить его с руки

и продавщица поднимаясь

под синеглазый потолок

мне галстук дарит

чтоб пластмассой

дыханье затолкать мне в рот

поговорить по человечьи

по сучьи чтоб поговорить

когда порхатый чирик-птенчик

устанет призраков вводить

и мы женатые на бляди

здесь ляжем как бородино

и продавщица из «Урала»

забьёт крестом наверх окно

(12/05/12)

Гражданская война

волнующий момент

на кокаин садится эта медная воровка

моя страна нуждается в любви

и потому бьет в точности до срока

горит моя любимая страна

перегорает смерть – до крайней плоти

волнуется ОМОН – и слой дерна

заламывает крылья в огороде

упавшей под лопату стрекозе

наполучавшей с нас по полной дозе

и бунт повешенный как бантик на морозе

перегибает жестяные гвозди

волнующий момент пал героин

щекам щекотно и смешно как знаешь

страна с тобой и за страной один

акын и ты в его трепло вступаешь

ну что ж помолимся сжигая на костре

жиганов фраеров и в этом жулишь

блудящий с проводницей налегке

пока богов её по грудь целуешь

когда она волнуется за бунт

впервые залетая в шмаровозку

как родина что зная здесь убьют

всё улыбается ментам и отморозкам

(11/05/12)

«нам здесь не понимание грозит…»

нам здесь не понимание грозит

в чекушке битой с богом отразившись

рябой олег уходит с натали

в начавшиеся тень и ночь разбившись

– и до не сочетанья твёрдых дат

в которых дятел пойманный забьётся

крылом стеклянным воздух разровнять

и выдохнуть – а вдруг ещё проснётся?

а вдруг ему не надо