Ревность и ее отсутствие

Тихим августовским вечером Ксения отправилась с Ромкой на прогулку. Едва только они добрались до скверика, где обычно едва научившийся ходить малыш пытался гонять голубей, зазвонил сотовый. Староверова посмотрела на дисплей: звонил муж. Он интересовался, чем заняты жена и сын. Ксюша ему объяснила, где они находятся, думая, что нерадивый папаша решил-таки проявить сознательность и погулять вместе с семьей. Однако Денис так и не появился. Погода внезапно начала портиться, подул резкий ветер, и Ксюша пожалела, что не захватила с собой теплую кофточку для Ромашки.

Ветер усиливался, и она решила вернуться домой. А едва переступила порог квартиры, сразу поняла, почему муж так настойчиво интересовался их местонахождением: из супружеской спальни доносился женский смех. Осторожно ступая по паркету, она заглянула в комнату.

От той картины, что предстала ее взору, захватило дух. Верхом на муже, закутавшись в покрывало, восседала какая-то блондинка и заливисто смеялась.

– Ну Дэн, такого я от тебя не ожидала! – громко возмутилась Ксения, когда к ней вернулся дар речи.

Блондинка испуганно ойкнула и, неуклюже скатившись с мужчины, вскочила на ноги. Муж тоже на какое-то время окаменел, но быстро справился с удивлением.

– Ксюша, но вы ведь гуляете!

– Да, гуляли. И, как видно, пропустили самое интересное! Господи, какой же ты подонок! – чувства захлестнули Ксюшу, и она не справилась с ними. В сердцах она схватила зонтик, почему-то висевший на дверной ручке, и запустила им в неверного мужа.

– Ты думай, что делаешь! – взвился Денис, не успевший увернуться от летящего предмета, который угодил ему в плечо.

– Это я… Это я – думай? Да тебя убить мало! Сволочь! – зло сверкала глазами Ксюша. Ужасно хотелось разреветься, но выглядеть мокрой курицей перед этой девицей она себе позволить не могла.

– Послушай, я тебе все объясню, – начал известную песню Денис, кутаясь в простыню и вылезая из кровати.

– Что? Что ты объяснишь? Что эту мочалку сюда ветром задуло через форточку?

– Погоди, Ксеня, давай Таня сейчас уйдет, и мы спокойно во всем разберемся.

– Ах, это Таня! Не могу сказать, что рада нашему знакомству, – и Ксения закусила губу, чтобы не заплакать.

– И… Извините меня, – пролепетала блондинка. – Можно я уйду?

– Катись отсюда! – рявкнула Староверова, чувствуя непреодолимое желание вцепиться в волосы нахалке. В этот момент из кухни раздался грохот, и Ксения, на некоторое время забывшая, что сынишка остался без присмотра, поспешила туда.