Как круто меняются судьбы… Повести

– Хорошо. Наташа, давайте четко скажите, он вас бил?

– Ну вобщем, да…. Хотя так… не сильно.

– А это как? Скажите конкретно.

– Ну, сначала пощечину дал, а потом в грудь толкнул. Я смотрю, он уже конкретно завелся, я из квартиры-то выскочила и к соседке прибежала, хорошо, что она дома была. Она меня и надоумила милицию вызвать.

– Он угрожал вам?

– Да, чего-то такое орал, я уж сейчас не помню. Нет, он так-то отходчивый, ему, главное не перечить. Я, конечно, сама виновата, не надо было на пьяного ругаться, Он ведь, обычно-то, почудит немного и спать ложиться, а тут я его сама завела.

– Наташа, вы заявление будете писать?

– Какое заявление? – девушка резко насторожилась и ее всхлипы моментально прекратились.

– Обыкновенное заявление, о привлечении к уголовной ответственности за побои.

– Нет, конечно! Да что вы! За что его к уголовной ответственности?! Ну, поскандалил маленько, и что, сразу сажать, что ли?!

Прямо на глазах, из несчастной, беззащитной страдалицы Наташа начала трансформироваться в скандальную тетку, готовую, если что не по ней, глаза выцарапать.

– Ну ладно, ладно, не будем никого привлекать. Как скажете. А тогда что вы от нас-то хотите?

– Ну как…. Просто попугайте его, да и все. Ему же завтра на работу!

Идиотка! Дура конченная! Разумеется, эти восклицания за пределы моей черепной коробки не вышли. Больше всего меня убивает дебилизм наших людей. «Попугайте!». Ага, счаз-з-з! Сделаю ему детскую пугалку «У-у-у, идет коза рогатая, за малыми ребятами!».

И ведь как он сильно напугается! Прямо так вот возьмет, и описается со страху! Ну чем, скажите, я могу напугать здорового, взрослого, тридцатилетнего мужика, чтобы он сию же минуту за ум взялся, а?!

– Отпустите его, пожалуйста! Я его домой уведу, все нормально будет! Ему уже и так досталось, ведь прямо как бандита какого заломали и в машину волоком затащили!

А ты что же хотела, милая? В батальоне ППС ребята серьезные работают, не любят они, почему-то, когда перед ними в боксерскую стойку встают, да еще и посылают куда ни попадя.

Нет, это я опять мысленно. А вслух, вежливо прошу Наташу обождать в коридоре, пока я схожу и посмотрю, как ее сокровище себя в камере чувствует.

Сержант, ответственный за размещение и содержание пленных, то бишь задержанных, любезно показал мне нужную камеру. Сокровище сидело в одиночестве, понурив голову.

– Колесов! Как дела? – спросил я через решетку в двери.

– Пошел на …! – лаконично ответил Колесов.