SOS. Собранье пёстрых глав, полусмешных, полупечальных

Они пожали плечами, пообещав ей, что её дочка будет кретинкой, поскольку роды были тяжёлыми, младенец сколько-то там минут не кричал, и мозг уже якобы был повреждён, но всё-таки сделали что-то, что девочка начала дышать. И потом, в течение двух недель, врачи ходили к ней в палату и говорили, чтобы она не надеялась – ребёнок не выживает.

Но дочь выжила и оказалась совсем не кретинкой, а даже наоборот, вундеркиндом – ей не было и двух лет, когда она уже знала все буквы, в три года она начала читать, а в четыре – играла в шахматы и писала рассказы.

Жили они небогато, но у дочки было всё. И даже больше, чем бывает у детей в полноценной семье. Мать трудилась, как пчёлка. Она много чего умела – например, писать за кого-то дипломы и даже диссертации. Девочку возили к морю, она посещала разные спортивные секции, увлекалась теннисом и баскетболом, но самым любимым был конный спорт.

Потом началась перестройка, а вместе с ней совершенно другая жизнь.

Им помог случай, и у них завелись деньги, очень даже немаленькие. И девочка побывала много где за границей и даже поучилась в английской школе в Лондоне.

Всё было прекрасно, мать любила дочку без памяти и жила только для неё, так называемой личной жизни у неё не было (а зря!). Они были не мать и дочь, а любимые подружки. Лет этак в пятнадцать у дочки наступил переходный возраст. И постепенно, постепенно они начали отдаляться друг от друга. Впрочем, отчасти это была вина и матери – у неё тоже появился близкий человек.

Всё окончательно рухнуло, когда она по просьбе дочери продала прекрасную новую квартиру, чтобы переехать в Москву, где работала дочь. Она расслабилась, доверившись ей, и была наказана. Произошло какое-то страшное недоразумение, и в итоге они обе остались без квартиры. Кто был прав, кто виноват – теперь уже неважно.

Они не общались лет пятнадцать. Потом каким-то образом помирились. Но было понятно, что они стали друг другу чужими.

У обеих была своя жизнь. Мать стала дочери не нужна. Она состарилась, сильно заболела – сказались годы, проведённые в бесприютных скитаниях по миру, где у неё не было крыши над головой.

Дочь считала её виноватой во всём. Возможно, так оно и было. Но ведь жизнь так устроена, что знать бы, где упасть – соломки б подстелил… Любовь и близость ушла из их отношений, а чувство долга нынешним поколениям не свойственно.