Алоха. Сборник Пи

Внутреннийспор произошел лишь при виде ворот баптистерия, названного Микеланджело«Вратами рая», ведущих в место, где крестили всех уроженцев Флоренции, включаяМедичи и Данте.

В детствеотец объяснил ему, что самые великие скульптуры и картины были созданы в эпохуВозрождения. И у юноши не укладывалось в голове, как три величайших мастера —Леонардо, Микеланджело и Рафаэль – работали одновременно во Флоренции в течениекаких-то сорока лет. А на протяжении двух тысячелетий больше не было созданотакого количества гениальных произведений за небольшой отрезок времени.

«Это иронияБога, Давид, плюнуть талантом в одну точку и вдохновить весь мир на ближайшеетысячелетие!» – восхищенно говорил ему отец.

Папа Давидаработал скульптором в стране победившей диктатуры, и был вынужден строгать изкамня и отливать бронзовых идолов с хитрым маниакальным прищуром и протянутойвперед рукой. А сына он назвал Давидом в честь идеала мужской красоты и силы,созданного гениальным зодчим.

И когдавязкое болото, именуемое великой страной, высохло и перестало отравлять жизньсвоим гражданам, отец с сыном полетели в Италию, откуда, как он считал,вылупилась вся мировая культура.

Давид боялсяобидеть папу, но он искренне не понимал, почему точно созданные подобия людейиз камня должны называться искусством, ведь любой живой человек намногокрасивее и интереснее изготовленной копии. И только исполинские дверибаптистерия пробудили в Давиде живой интерес.

В голове пронеслось множествовопросов: зачем в прямоугольном здании четыре двери с каждой стороны? Почемуони такие огромные, высотой в несколько человек? И, наконец, почему ониценятся тем, что на каждой из створок изготовлены многочисленные фигуры,описывающие жизнь каких-то святых людей?

Для Давидалюбая обычная дверь была готовым шедевром, открывающим другое пространство,которое уводит в иные миры. Будучи мальчиком и глядя на отца за работой, онспрашивал: «А зачем делать скульптуры?» – «Для того, чтобы увековечить память»,– объяснял ему папа.

«А память плохую или хорошую?» – не успокаивался Давид, начто отец, ваявший почитаемых идолов, не смог или не захотел ему отвечать.

Давид считал, что искусство проявляется в другом измерении. Искусство должно заставить человека удивиться, возмутиться, задуматься и вдохновить его на какие-то поступки.