Рухнувший мост

В себе хранили тучи сгустки мрака,

их тени пожирали всё подряд.

И каждый якорь в теле Петербурга

крючком тоски застрял в моей душе…

Ах, где и как найти бы мне хирурга,

чтоб вырезал, как опухоль, клише

тревожных мыслей.

Поезд мчит устало

Я сызнова твержу, что я вернусь!

А между рёбер вновь застряло жало,

которым протыкает сердце грусть.

Вечный вопрос

И вот стакан стоит почти пустой,

по граням капли медленно стекают.

Со скрипом пальцем проведу по краю,

я знаю – воздух в пустоте густой.

А если так, то пустота обман,

ненужная и глупая примета.

Разбить на счастье – это ли не метод?

Стакан исчез. Да здравствует стакан!

«Я – ветер, слышишь, капитан?..»

Я – ветер, слышишь, капитан?

Твой парус полон мной до края,

и яхта мчит, в лучах мерцая,

переплывая океан.

Я – шторм. Я – буря. Тихий омут

я в адский превращу котёл!

Но все утихло, взрыв прошёл,

и яхта мчит к родному дому.

Я – капли моря на плече.

Они так жгут, без них так тошно,

что капитану невозможно

тоску унять в другом ключе.

Зима

Ворон с вороной небо в воронку крутят,

и засыпает город, сыплются звёзды.

Небо темнеет, город теперь уютен,

но обжигает холодом стылый воздух.

Ворон с вороной крылья свои расправят,

как расправляют на ночь в кровати простынь.

Больше нет места сводам законов, правил:

Всё, что казалось сложным, вдруг станет просто.

Только холодный воздух тех птиц дурманит,

дымкой накроет крылья белёсо-пегой:

чёрные птицы мокнут в мягком тумане.

Ворон с вороной город укроют снегом.

«Вместо тысячи слов я просто буду молчать…»

Вместо тысячи слов я просто буду молчать.

Загляни в глаза и дотронься своей рукой

до моей щеки. А на губы мои печать

наложил сегодняшний вечер и дал покой.

Это просто – сколько бы ни было бурь и драм,

расстояний, ошибок, взятых с собою в путь,

твоя вера в меня даст фору любым дарам.

Успокоит, когда нет времени отдохнуть.

Словно в центре пустыни чистый, звенящий ключ

волю к жизни даёт, спасает по мере сил.

И уже не важно, как сильно город колюч

да какое погаснет из небесных светил.

Перепутье

Небо натянуто розовой простынёй,

солнце по кругу катит в густую вечность;

я на развилке застыла, на пропускной,

и не могу понять свой маршрут конечный.