Запах счастья. Рассказы взрослого мальчика

И приближающийся звук барабана!

– Ay! Ay! Ау-ау! – что-то кричат с трибуны райсовета, и колонна с красными флагами взрывается в ответ протяжным «Ураааааау!»

Кто первый идёт? «Малолитражка»? «Серп и молот»? Нет – ЗИС. У него целый автомобиль едет! А вот какая шестерня крутится! Урааа! Впереди колонны медленно шествуют серьёзные дяди и тёти в красных лентах. За ними духовой оркестр. А в большой барабан бьёт смешной маленький лысый дядя!

На той стороне у парикмахерской продают мороженое! Надо туда просочиться между поющими и пляшущими демонстрантами… вон ещё оркестр – это от мясокомбината имени Микояна!

Папа и мама разговаривают со знакомыми и смеются.

А потом мы идём завтракать кофе, пирогами с капустой и красной икрой.

24 декабря 2013 г.

Печка

Дрова хранятся под роялем. Уже немного, а раньше – Петя слышал это от папы – дрова занимали всё: от педалей до задней ножки. Но теперь есть батареи. Правда, их топят неважно, и приходится топить ещё и печку. Вот сегодня будут топить!

Папа вытаскивает несколько поленьев из-под рояля, и они с Петей несут их в коридор.

Возле печной дверцы, совсем чёрной и с лязгающим засовом, папа кладет поленья на металлическую пластину и начинает рубить их на тонкие брусочки. Ловко так! Ставит полено на пол, на пластину, и легко бьёт небольшим топориком, оно и раскалывается.

– Убери руки! – строго говорит он Пете. – А то, не дай Бог… Я так себе большой палец чуть не отрубил во время войны. Видишь шрам?

Петя молча смотрит на палец, но мало что видит: в коридоре горит лишь одна лампочка.

Но вот брусочки и щепочки нарублены, и Петя засовывает их в топку – это его работа.

– Давай сюда газету! – велит папа и подкладывает её между щепочек снизу. Потом чиркает спичкой: – Ну!..

Оба кочегара присаживаются на корточки и следят, как огонёк охватывает газету, потом щепки, чуть потрескивая. Петя боится и полслова произнести: вдруг погаснет?! В коридоре тихо-тихо. Папа тоже молча смотрит на пламя. Но вот послышался слабый гул, потом всё сильнее, сильнее.

Пламя разгорается, и печка начинает шуметь и петь! Ух как здорово!

– Давай закроем дверцу, пусть огонь набирает силу! – говорит папа.

Чёрная дверца закрывается на засов, но сквозь щели в ней видно, как в топке играет оранжевое пламя. Папа встаёт на ноги, Петя за ним.

В большой комнате папа щупает рукой изразцы голландской печи. Они крупные, белые, и в них даже немного видно отражение, а отдушины и задвижки – медные.