Принцип анекдота

Тронулись дальше… Движок, конечно, чуть капризничал, но путешествовать дальше можно без особых проблем. Движок не кипел.

Потом отец понял все. В сущности, как я уже говорил, «загадка ПГБ» на удивление проста.

Отец нахмурил брови и спросил:

– Когда, узнал про свечу, сынок?

– На следующий день.

Наверное, отец тут же вспомнил свою «отцовскую гордость» восьмилетней давности там, на августовской дороге. И я вдруг увидел, как краска стыда залила его лицо.

Я отвел глаза.

– Ды, ладно тебе, пап…

Отец кричит:

– Сволочь ты, а не механик, понял?!.

. На хрена, спрашивается, я тебя в институте учил?

Он бушует еще минут пять. Но я молчу. Отец вспоминает мои первые, недавние, публикации в газетах… Его сын вдруг решил из механиков переквалифицироваться в писатели.

– Ты и писателем таким же будешь, как и механиком, – шипит отец. – Халтурщик!..

Я снова молчу, потому что мне нечего возразить.

Прошло еще пятнадцать лет… Отца уже нет. Я не знаю, каким я стал писателем, не мне судить. Но я очень часто повторяю про себя три «волшебных» слога: «ПА-ГЭ-БЭ!.

.»

И знаете, иногда все-таки это помогает.

Возвращение Европы

Озеро Пушистое – бывшая пойма реки. Оно длинное, узкое и очень симпатичное. Особенно вечером… Я имею в виду не только вид на озеро, но и коктейль из дыма костра, женского смеха и легкого ощущения воскресного счастья.

Я, Людочка и Света сидим у костра. Я травлю веселые байки и молодые женщины задорно смеются. Мужья Люды и Светы – Колька и Мишка – пытаются разобраться с сетью.

Они там, ближе к берегу… Ребята в состоянии легкого подпития и им нелегко напрягать мозги, переключенные в режим выходного дня.

– Чертова сеть, – шипит Колька.

Сеть довольно длинная и она никак не хочет разматываться.

– Муж! – громко зовет Людочка.

– Шо?..

– Рыба где?

– Ща-а-а…

Света и Люда громко хихикают. Мои друзья недоверчиво косятся на своих женушек: очаровательные женщины что-то уж слишком веселы. Мужская – нет, не ревность – а, скорее, настороженность скукоживается между их бровей.

Коля и Мишка хмурятся так, словно у них чешется чуть выше переносицы.

Света плетет что-то из соломы, ромашек и жесткой осоки.

– Все, – говорит она.

Итог женской работы довольно оригинален: это две шапочки с большими, явно чертенячьими рожками. Мужей зовут к костру. Через минуту спора шапочки с рожками оказываются у них на головах.

– Это у вас проросли мужские, частнособственнические мысли, – весело поясняет Света.